— Знаешь, Серый, я очень извиняюсь, но я не смогу пойти обыскивать дом и реки.
— Почему? — удивился я.
— Да сегодня меня так пропесочили из-за того подвала, что едва не разжаловали из десятников. Представляешь, я пришёл в часть и сразу рассказал о том, что мы с тобой увидели. Ну и потом честно лёг отсыпаться перед дежурством. А меня будят и прямо с койки ведут к капитану. Тот не в духе, орёт на меня и всё такое. Он, видите ли, ещё утром послал три десятка наших людей в этот чёртов подвал, да ещё и из другой элитной части вызвали мастеров-следопытов, даже магов из Академии вызвали. Они приехали и ничего не обнаружили. Ни-че-го! Ты понимаешь это? Ни детских трупов в бочке, ни разбитого алтаря, ни следов ловушек, ни ящиков с красными одеждами, ни зомби. Всё чисто — пустые голые комнаты, никаких следов. Видимо, как мы ушли, там появились культисты и зачистили всё. В общем, ни маги, ни следопыты ничего не обнаружили. И мне здорово влетело сегодня за мои «вымыслы». И если я сейчас вместо дежурства поведу свой десяток обыскивать какой-то богатый особняк, то мне в любом случае влетит, даже если там окажутся культисты. А если, к тому же, их так же не окажется, то… сам понимаешь, Серый.
— Понимаю. Ну ладно, не расстраивайся. Сегодня мы бы всё равно вряд ли пошли. Каришка ещё отлеживается после лечения, а без неё идти как-то глупо — всё-таки именно она там была и знает место.
Я, конечно, соврал, но зато мой друг перестал чувствовать себя виноватым и сразу вздохнул свободнее. Он повеселел и пообещал составить нам компанию, как Каришка выздоровеет. Мы попрощались, и Пузырь повёл дальше свой десяток патрулировать столичные улицы.
Ко мне подошла Каришка и сказала:
— Я всё слышала. Ты правильно поступил, не нужно впутывать Петра в наши неприятности.
— Поддержка десяти стражников нам бы не помешала. Они бы официально вошли и проверили дом. Но что грустить — нет, значит, нет. Даже наоборот, наша задача упростилась — мы, как всегда, действуем скрытно. Проникаем в дом и ищем улики. Попутно, если нам встретятся ценности, берём с собой. Готова?
— Я готова. Иди за мной, господин.
По дороге мы несколько заплутали в малознакомом районе города и к дому у реки вышли лишь после третьего ночного колокола. Теперь встреча с городской стражей была бы нежелательной. Остановившись в густых кустах, мы внимательно рассмотрели объект — огороженный высоким трёхметровым забором сад, за которым расположился богатый особняк. Охранников снаружи не было видно, но зато за забором лаяли сторожевые собаки.
Я посадил Каришку на плечи, и она рукой дотянулась и поставила Неведомого Призрака на верх забора. Крысёнок долго всматривался в темноту, после чего сообщил мне, что по саду бегают не псы, а два крупных варга. Я перевёл тайфлингу речь зверька.
— Ненавижу варгов! — высказалась Каришка. — Они все людоеды. И эти за забором тоже, наверняка питаются человеческим мясом.
— В таком случае просто убьём их, — предложил я.
Я закинул на забор «кошку», и мы забрались наверх. Практически сразу я заметил одного из варгов — он бежал вдоль самого забора в нашу сторону, принюхиваясь и низко наклонив к земле голову. Я очень тихо и осторожно навёл арбалет и, когда зверь поравнялся с нами, выстрелил в голову. Выстрел получился хорошим — прямо в голову, но почему-то он не убил варга наповал. Зверь споткнулся, завалился на бок и вдруг пронзительно завыл. Мне показалось, что этот вой сейчас разбудит весь спящий город. Но не успел я что-либо предпринять, как Каришка прямо с забора прыгнула на умирающего зверя. Вой сразу затих. Тайфлинг вытерла кинжалы о шкуру хищника и выпрямилась. Я быстро перезарядил арбалет и тоже спрыгнул вниз.
— Нужно отыскать второго, — прошептала Каришка. — Иначе он поднимет тревогу.
Но искать никого не пришлось — быстрая тень молча вылетела из ближайших кустов, целясь в горло девушке. И так же молча упала, сбив Каришку с ног — моя стрела насквозь прошила голову опасного хищника. Каришка встала, отряхиваясь.
— Я даже не успела испугаться, — проговорила моя подруга, нервно посмеиваясь.
— Я тоже, всё слишком быстро произошло.
Мы оттащили оба тела в кусты у забора и осторожно двинулись через яблоневый сад в сторону высокого мрачного дома.
Ни одно окно не горело в здании, дом казался полностью вымершим. Мы осторожно прокрались к окнам первого этажа, закрытым коваными решётками, и остановились в нерешительности. Решётки были прочными и частыми, проникнуть сквозь них не было никакой возможности. Такие же решётки имелись и на всех окнах второго этажа. Я осмотрел третий и четвёртый этажи — плотно закрытые двойные ставни, каменные подоконники — воткнуть стрелу с верёвкой не получится. Все этажи этого особняка были очень высокими, так что четырёхэтажный дом практически соответствовал по высоте девятиэтажному у меня в городе. Лишь на краю крыши были видны деревянные брусья. Но они были очень высоко — я не уверен, что смог бы попасть в такую трудную мишень в темноте, да и длины верёвки могло не хватить.