На сеновале я так и провёл следующую ночь. И утром, переодевшись в женские одежды, ещё даже не рассвело, тихо прокравшись к туалету, где сделал свои дела, ну и утопил палкой свёрток с формой. Уничтожил улику. После этого покинув подворье, изредка проверяясь, уже светлеть начало, направился в сторону рынка. Точнее, буду искать, где он находится я не знаю, а спрашивать, с моей дикцией, это вызвать подозрения, да и голос у меня грубый, мужской. Я попробовал говорить, и понял, надо учиться и приноравливаться, совсем голос изменился из-за отсутствующих зубов. Сам едва понимаю, что говорю. Оделся я вроде нормально, то что бос, так многие так ходят, сороковой размер ноги для женщин конечно великоват, но сильно в глаза бросаться не будет, скорее даже наоборот, вполне симметрично смотрится. Открыты у меня были только щиколотки. Рукава длинные это хорошо, платок белый что я так сохранял, тот самый головной, был хорошо замотан. Почти четыре часа учился, пока не усвоил эту нелёгкую науку, закрыта голова, нос и губы. Видны только глаза. Я бы и нос оставил, однако от удара прикладом, у меня под глазами залегли тени, и женщина с двумя финалами, мне кажется, будет привлекать излишнее внимание, что мне категорически противопоказано, так что вот так нормально. Правда, я в таких одеждах женщин в основном по деревням видел, в городе куда роще, но сначала войны тут столько беженцев оказалось, к ним уже постепенно привыкли, и теперь не думаю, что на меня обратят внимание.
Вчера я доел все припасы и сейчас утром меня просто крутило от голода, тело требовало ресурсов, а их не было, лишь воды напился из колодца стариков, но этим долго желудок не обманешь. Двигаться тоже сначала пришлось учиться. Никаких широких шагов и размахивания рукой для удобства, семенил, опустив глаза, вот так и двигался. А заметив женщину с пустой корзиной, уже рассвело и чем дальше, тем больше народу на улицах появлялось, последовал за ней. К счастью мне повезло, та действительно шла на рынок, и сама того не зная довела меня до него. А тот уже вполне работал, и бурлил, покупатели всё подходили и подходили. Вот и я туда шмыгнул и стал изучать ряды. Пока особых идей у меня не было, а нужно закупиться, но я надеялся, что придумать. Нож тот кухонный был при мне, на левой руке, я же всё-таки правша, примотан к руке, рукоять вперёд, не выпадет, его можно только выдернуть, так что если что не так, есть средство. Рынок поражал, похоже с войной он не только не закрылся, а ещё и разросся. Орали бабки, продавая свежее молоко и булочки с пирожками, горланили попрошайки, коих на рынке оказалось на удивление много, воришек тоже было изрядно, я пока шёл, цепким взглядом приметил как обворовали двоих. А это идея, и чем я больше о ней думаю, тем больше мне она нравится. Денег-то нет, но воры есть, они со мной и поделятся. Тем более опыт московский имелся, как мы бандитов там чихвостили. Правда тут я их грабить буду, а не зачищать, но особой разницы для выживания я не видел. Эх, тот бы схрон посетить что у Москвы был, где в дупле той рощи деньги спрятаны, во там изрядно было, на много что хватило бы.
Охота на воришек началась с того что я стал выслеживать их, старясь делать это незаметно, и что немаловажно, скрытно. Иначе засекут и всё прахом пойдёт. Видимо не помогло, да и не такой я спец по наружке, чтобы местных провести. В общем, чем-то я себя выдал и когда я последовал за тем, к кому стекались все деньги, там за сараями меня уже ждали. Кроме того молодца, за котором я шёл, был с ним ещё один, и ещё двое ступили дорогу сзади, перерезая отступление. Здоровые морды, почему не воюют? Парни-то что по карманам шарили, все как один мальцы, а этими за двадцать, ряхи отъели, скоты. А вот встречали меня радостно. Любясь, тот молодчик, который забрал все уворованные деньги, он первым тишину и нарушил, сказав: