Ехали мы не сказаться что долго, минут десять. Мотало в грузовике изрядно, видимо по каким-то колдобинам ехали, но вот и встали. Солдаты покинули кузов, а я остался под охраной одного. Через откинутый тент заднего борта я рассмотрел дом, похожий на длинный барак, разделённый на несколько квартир, деревянный с весёлыми голубыми ставнями. Что-то знаемое. Ну точно, этот дом стоял окнами к площади и если я не ошибаюсь, с другой стороны здание сельсовета, то бишь комендатуры. Тут и расстрелянная техника должна быть, но я её вижу. Корма грузовика стояла не тем ракурсом. Снаружи доносились команды, рапорты, ну и остальное что сопутствует прибытию крупной части в новое место. Сидя, стараясь это делать не заметно, я пощупал голенище сапога, у меня там документы лежали. Когда Лёха рванул вперёд, ведя горевший танк на немцев, я достал их из кармана и убрал. Не то чтобы был уверен, что попаду в плен, но не исключал и вот так подстраховался.
Сидеть пришлось недолго. Ныли обожжённая спина и шея, но к счастью ожоги слабые, успел сбить пламя, думаю комбез обгорел, а вот гимнастёрка разве что подкоптилась. Пить очень хотелось, но фляжка вместе с ремнём исчезла, когда меня обезоруживали. Через полчаса после нашего приезда сюда, в кузов заглянул какой-то унтер, и сообщил что ему приказали забрать меня. Охранник не возражал, меня вывели наружу, причём приказали держать руки поднятыми, и так повели к «полуторке», где стояло ещё двое рядовых. Думаю, это для местных спектакль. Если во время нашего прибытия их не было, попрятались, то как стихли бои, а стрельба у госпиталя тоже стихла, и я вполне осознаю кто победил, подходили и глазели. Меня запихнули в открытый кузов советского грузовичка и повезли прочь из села. А куда, я не знаю, не сообщали. Единственно, у них нашивки техслужб были. За рембатом числились. Ещё в кузове стояло две бочки сильно отдающих солярой, и несколько канистр, по потёкам с маслом понятно. Двое солдат в кузове со мной, оба вооружены карабинами, и унтер с пистолетом в кабине. Вот водитель был вооружён более интересным оружием, не знаю на что он её сменял, но судя по подсумкам на его ремне, у того была «СВТ». Саму винтовку я не видел, видимо та находилась в кабине.
Кузов открыт был, удобно, обзор имеется. Мы обгоняли пехотные колонны, однажды проехали мимо колонны военнопленных. Я присмотрелся, но вроде знакомых не было. Не думаю, что Кривов ушёл, держался тот до конца, так что или погиб, или ранен или где бредёт в такой колонне. Кстати, когда мы пленных проезжали, водитель нашего грузовичка сбросил ход. Вот у второй колонны пленных, внезапно встали. Мне привстать и посмотреть не разрешили, последовал окрик одного из рядовых, и через минуту в кузов залезло ещё двое пленных. Один, как и я в синем танковом комбинезоне, а вот шлемофона не было, видимо потерял. Второй в чёрном комбезе техслужб и пилотке. Те с интересом посмотрели на меня, отметив моё командирское звание, через открытый ворот комбеза был виден одинокий кубарь в петлице, да и вид мой закопчённый, обгорелый, в крови, ясно давал понять, что я не сам сдался, а в бою взяли. Правда, то что я пехотный лейтенант, а именно так это по петлицам можно понять, но сижу в комбзе танкиста и шлемофоне, их заметно озадачило.
Те перебрались ко мне к кабине, оба немца у кормы сидели, и машина тронулась дальше. Тот боец что танкист, протянул руку, негромко говоря:
— Сержант Мальцев, заражающим на «тридцатьчетвёрке» был. Выжил один из экипажа, остальных из пулемёта, когда из горящей…
Договорить тот не успел, как и второй парень что в комбезе технаря был, представится, одному из рядовых не понравилось наше общение и тот рявкнул. Я пояснил сержанту:
— Велел молчать. Эх, если бы не немцы на дороге, можно было бы этих удавить и сбежать.
— Эх, — только и вздохнул сержант, и тоже, как и я, замолчал.
Вскоре мы свернули с дороги и покатили по второстепенной. Вот теперь можно попробовать освободится, немцы кстати наши переглядывания тоже видели, и демонстративно направили на нас оружие, показывая, что дурить не стоит. Пришлось ждать. Проехав ещё километров пять, мы спустились в овраг, поросший лесом и кустарником, и остановились. Вот теперь стало понятно почему выбрали нас и везли сюда. На глубине полуметра стоял в мелком ручье «КВ-1», и даже на первый взгляд было понятно, что тот сможет выбраться сам. Я думаю тот просто заглох так неудачно, из-за того, что топливо кончилось. У танка маялся часовой, что охранял его, явно обрадовавшийся нашему прибытию. Сама машина явно командирская, антенна высокая имелась, а вот пулемётов нет, да и заперта машина была.