- Что-то не то, - сказала я мамуле. - Ты уверена, что именно здесь надо было свернуть? Где же Бонков?
- Ты мне велела следить за Прухной, - обиделась мамуля. - Вот я и уследила. А куда делся твой Бонков - не знаю. Я его не украла.
Разобравшись с картой, я поняла, что свернула с шоссе на три километра раньше. Мамуля опять подкачала. Ничего не поделаешь, возвращаться не буду, выберусь отсюда по другой дороге к шоссе, чтобы кружным путем вернуться потом в Чешин. Только вот придется поездить по полевым дорогам и прочим проселкам.
- Ох, в недобрый час захотелось тебе поездить по проселочным дорогам, - упрекнула я Тересу, трогаясь с места. - Куда уж проселочнее...
- Зато как тут красиво! - воскликнула Люцина. - Нам ведь все равно надо ждать до вечера, вот давайте тут и подождем. Лес под боком...
- Проедем немного дальше. Глубоко в лес не сунемся, вечером могу и не выехать. Машину спрячем в кустах.
Остаток дня мы провели, прямо скажем, очень мило. Лес оказался совершенно безлюдным, хотя в нем росла и земляника, и черника, и малина. Вот только грибов не было. Продовольствия мамуля в своей торбе запасла вполне достаточно. Обнаружили мы и воду. Неподалеку оказались какие-то озера. Ознакомившись с ними поближе, мы решили, что это пруды, в которых крупные хозяйства разводят рыбу. Пруды довольно запущены, но все равно вода, в жаркий день приятно. На берегу одного из прудов мы провели день. Солнце клонилось к западу, мы решили собираться в обратный путь. И тут обнаружилось, что куда-то задевалась Люцина.
- Нет, с этой семейкой не соскучишься! - возмущалась мамуля. Обязательно кто-то потеряется.
Что делать? Сигналить нельзя, кричать и звать Люцину тоже нельзя, раз мы здесь скрываемся. Вряд ли Люцина заблудилась. И сомнительно, чтобы позволила себя похитить. И вряд ли утонула. Так куда же она подевалась?
- Что же делать? - злилась Тереса. - Уехать без нее нельзя, но мы ведь не можем ждать ее до бесконечности?
- Вот в точности так мы рассуждали, когда ты пропала, - упрекнула ее старшая сестра. - Неизвестно, что делать. Глупейшее положение!
- Могла бы уже научиться на моем печальном опыте и не пропадать почем зря! А вы тоже должны бы уже знать, что делать в таких случаях.
- Но для меня это в первый раз, - жалобно оправдывалась тетя Ядя.
Мы стали решать, кто из нас отправляется на поиски, а кто остается у машины ждать, но тут появилась Люцина. Она бежала к нам бодрой рысью со стороны прудов. Увидели мы ее, когда она была еще довольно далеко от нас, и даже подумали, что кто-то за ней гонится, но никого не заметили. Похоже, бежала добровольно. До нас добралась запыхавшаяся, но с каким-то таинственным выражением лица. И кричала уже издали:
- Что я обнаружила! А ну пошли за мной! Все, все! Разве что старшую мою сестру оставим, ей за нами не угнаться. Возьми в руки дубинку и стереги машину, враг близко!
Мамуля, услышав о врагах, сразу пришла в нужное настроение, как боевой конь при звуках трубы, и, ни о чем не спрашивая, схватила валявшийся поблизости толстенный сук. Воинственно размахнувшись для пробы, она мстительно вскричала:
- Уж я этим негодяям покажу! А с особым удовольствием огрею Эдиту, давно бы следовало!
С трудом избежав удара дубиной, я быстро заперла машину, мамулю с ее дубиной и воинственным настроением усадила на пенек и кинулась догонять теток, которые, не дожидаясь меня, уже бежали за Люциной. Та вела нас напрямки через луг, ничего не желая объяснять. Я поравнялась с тетей Ядей. Она сопела вовсю и на бегу выталкивала из себя сомнения:
- Слушай... а она... не спятила?
- Откуда мне знать? В нашей семейке все возможно, но на Люцину не очень похоже. Видно, и в самом деле наткнулась на что-то интересное.
Люцина, видимо, устала, потому что снизила скорость и перешла на мелкую рысцу. Бежали мы вдоль берега одного из прудов, то выходя на протоптанную рыбаками тропинку, то продираясь сквозь кусты. Похоже, мы обогнули уже две трети водной глади, и теперь расстояние до оставленной машины было короче, чем то, что мы пробежали.
Я поравнялась с лидирующей Люциной и, задыхаясь, прокричала:
- Люцина, что на тебя нашло? Если ты и в самом деле обнаружила что-то интересное за прудом, так ведь с той стороны было ближе! Обязательно нужно бежать вокруг прудов?
- Тихо! - тоже задыхаясь прошипела Люцина. - С той стороны и в самом деле ближе, но с той стороны кто-то прячется! Затаился в камышах! Думаю, они! А теперь уже немного осталось, надо осторожненько подкрасться.
Густые заросли тростника подходили к самой воде. Обогнув пруды, мы теперь оказались к востоку от них, водная гладь простиралась к северо-западу, и все находившееся на ее фоне отчетливо просматривалось в лучах заходящего солнца.
Думаю, очень интересно было наблюдать за четырьмя бабами разного возраста, которые на манер индейцев старались незаметно прокрасться к воде сквозь заросли высокой травы и тростника. Люцина держала курс прямиком в озеро, и у меня зародились нехорошие подозрения, что она обнаружила в воде утопленника и во что бы то ни стало желает нам его продемонстрировать. Немного не доходя до воды, Люцина внезапно остановилась и повелительным жестом велела нам затаиться на краю зарослей. Затем указала на воду.
Я увидела перед собой небольшую дамбу, отходящую от берега под прямым утлом, а на ее конце - строение, очень напоминающее по внешнему виду и по размерам деревенский нужник. Палец Люцины указывал именно на это сооружение, естественно, мы и уставились на него во все глаза. Из небольшого окошечка нужника высовывалась длинная и тонкая палка, другой конец которой погрузился в воду. На наших глазах палка резко дернулась, на конце лески трепыхнулась крупная рыба, из окошечка высунулась рука и, подхватив рыбу, скрылась с ней внутри.
- Ну? - с торжеством спросила Люцина. - Что скажешь?
- Езус-Мария, неужели отец? - не веря глазам произнесла я.