А портсигар этот оказался в кармане убитого, хотя у него имелся другой, отнюдь не грошовый, где лежали сигареты, которые он курил.
Должно быть, Марриотт забыл о нем. Сунул в карман и забыл. Возможно, портсигар вообще не его. Нашел в вестибюле отеля и забыл о нем. Забыл сдать. Жюль Амтор, психиатр-консультант.
Зазвонил телефон, я рассеянно ответил. В голосе из трубки слышалась холодная суровость полицейского, считающего, что в своем деле он крут. Рэнделл. Он не бранился. Тон его был сдержанным.
– Итак, вы не знаете, что за девушка подвозила вас прошлой ночью? Она высадила вас на бульваре, и вы приехали к нам. Блестящая ложь, Марло.
– Возможно, у вас есть дочь, и вам не понравилось бы, что газетные фотографы выскакивают из-за кустов и сверкают вспышками ей в лицо.
– Вы мне солгали.
– И притом с удовольствием.
Рэнделл помолчал, словно обдумывая что-то.
– Забудем об этом, – сказал он наконец. – Я видел ее. Она приехала ко мне и все рассказала. Между прочим, это дочь человека, которого я знал и уважал.
– Она рассказала все вам, – заметил я, – а вы ей.
– Я сказал ей очень мало, – холодно возразил Рэнделл. – По одной причине. И по той же самой причине звоню вам. Это расследование должно проводиться без шумихи. У нас есть возможность накрыть шайку охотников за драгоценностями, и мы это сделаем.
– Ага, значит, теперь это уже мафиозное убийство. Рад слышать.
– Кстати, в этом диковинном портсигаре с драконами оказалась пыль марихуаны. Вы точно не видели, чтобы Марриотт закуривал из него?
– Совершенно точно. При мне он курил только коричневые сигареты. Но он не все время находился при мне.
– Понятно. Что ж, у меня все. Помните, что́ я сказал вам прошлой ночью? Об этом деле и не думайте. От вас требуется только молчание. В противном случае…
Рэнделл сделал паузу. Я зевнул в трубку.
– Слышу, – резко сказал он. – Думаете, я не могу приструнить вас? Могу. Одно неосторожное действие – и вы окажетесь под замком как важный свидетель.
– Подразумевается, газеты этого дела не получат?
– Получат убийство, но не будут знать, что кроется за ним.
– И вы тоже.
– Я вас предупреждал уже дважды, – пригрозил он. – В третий раз не буду.
– Для человека, у которого есть преимущество, – заметил я, – вы говорите слишком много.
В ответ Рэнделл повесил трубку. Ладно, черт с ним, пускай себе возится.
Я прошелся по кабинету, чтобы успокоиться, налил себе немного виски, снова взглянул на часы, не разглядев, который час, и опять сел к столу.
Жюль Амтор, астральный консультант, консультации только по записи. Дать ему побольше времени и денег, и он займется чем угодно – от пресыщенного мужа до надоевших сверчков. Видимо, он специалист по расстроенным любовным делам, по женщинам, которые спят одни и недовольны этим, по бродяжничающим парням и девицам, не пишущим домой, по вопросам, продавать имущество теперь или придержать до будущего года, повредит это мне в глазах публики или представит меня более изобретательным? Случается, к нему обращаются и мужчины, большие, сильные парни, они львами рычат в своих конторах, а под одеждой у них холодный студень. Но главным образом женщины, толстые и с одышкой, худощавые и жгучие, старые, замученные сновидениями, и молодые, воображающие, что у них комплекс Электры, особы всевозможных габаритов, комплекций и возрастов, общее у них лишь одно – деньги. Мистер Жюль Амтор не ведет по четвергам бесплатного приема в окружной больнице. Ему подавай наличные. Богатые суки, которых не заставишь оплатить счет от молочника, рассчитываются с ним незамедлительно.
Шарлатан и трепло, чьи визитные карточки были спрятаны в папиросах с наркотиками, найденных в кармане убитого.
Этим делом стоило заняться. Я поднял трубку и назвал телефонистке номер телефона в Стиллвуд-Хайтс.
15
Ответил женский голос, сухой, хрипловатый, с иностранным акцентом:
– Алло.
– Можно поговорить с мистером Амтором?
– А, нет. Мне жаль. Я оч-чень извиняюсь. Амтор никогда не говорит по телефону. Я его секретарша. Что-то ему передать?
– Скажите ваш адрес. Мне нужно повидать его.
– А, вам нужна его профессиональная консультация. Он будет оч-чень рад. Когда желаете видеться с ним?
– Как можно быстрее. Сегодня.
– А, – с сожалением ответил голос, – это не может выйти. Возможно, будущая неделя. Я посмотрю журнал записи.
– Послушайте, – сказал я, – не надо журнала. Карандаш у вас есть?