Но многие командиры групп, как и я в том числе, проявляли некоторую нерешительность при определении старшинства в этом важном деле, а подавляющее большинству вертолётчиков из-за своих чисто технических возможностей по управлению железной птицей автоматически присваивали себе право по руководству ещё и разведгруппой спецназа при выполнении наземных боевых задач…
Ну а в данной конкретной ситуации командир борта сыграл исключительно по техническому фактору, то есть на острой нехватке авиационного топлива, на что он конечно имел право но он ведь упорно проигнорировал и мое предложение перебросить нас всего лишь на два-три километра в сторону, после чего лететь обратно на базу… И потом забирала бы нас уже другая пара Ми-восьмых… А вдруг бы нам повезло и на этой соседней ферме мы обнаружили целое осиное гнездо терроризма, после чего приступили к планомерному его уничтожению…
Но скромные побеги вечной надежды молодых лейтенантов на бурный карьерный рост и щедрый звездопад на погоны, а то и на левую половину парадно-выходного кителя, оказались грубо вырванными с корнем и унесенными вдаль налетевшим ветром вертолетных лопастей…
Нда… Что ни говори, но эти два часа мы проболтались в воздухе и промучились на жаркой земле без особой пользы как для моей доблестной разведгруппы, так и для нашего родного Министерства Обороны, а то и всего Государства Российского…
На нашем аэродроме всё оказалось в точном соответствии с положением военного аэродрома, рядом с которым идут боевые действия: батальонное и медицинское руководство по-прежнему пребывало в полной неизвестности, на наши борта топливо отсутствовало как таковое, другие две военно-транспортные вертушки улетели на выполнение естественно боевого задания, дежурный по КДП оказался не в курсе событий и никак не хотел брать на себя ответственность направить куда-то дополнительные пары "восьмерок" и "двадцатьчетверок"… словом, с грустью пришлось распрощаться с блестящей затеей слетать и всё-таки досмотреть богатеньких соседей…
- Завтра может быть туда слетаем. - пообещал мне за ужином возвратившийся к жизни Маркусин. - Если что-нибудь другое не нарежут…
Я вежливо соглашался с руководством, но в душе сомневался в таком исходе… И не зря…
К полуночи наш комбат вернулся из штаба, где в 22.00 подводились итоги за прошедшие сутки и нарезалась задача на день грядущий.
По словам комбата, завтра в понедельник в пять часов утра начнется операция по освобождению городской больницы. Первыми должны будут штурмовать бойцы "Альфы", сразу же за ними должны следовать вевешники и оказывать им всяческую поддержку.
Нашим разведгруппам тоже была нарезана боевая задача - обеспечивать воздушное прикрытие операции по штурму здания, где вместе с боевиками находится столько заложников.
Начало операции было назначено на пять утра и к этому времени одна наша группа под командованием Алексея Сарыгина должна будет подлететь к больнице и прикрывать с воздуха наши наступающие войска.
Если первая атака будет неудачной, то на следующий штурм должна полететь уже моя группа…
Глава 6. СПАСЕНИЕ В НЕБЕ И ГИБЕЛЬ НА ЗЕМЛЕ.
Понедельник- день тяжелый и для нас он начал оправдываться еще с трех часов утра, то есть еще ночи. Нас разбудили в такую рань и темень, чтобы мы смогли поднять свой моральный дух и уровень боевой подготовки до таких запредельных высот, которые даже и не снились американской "Дельте" и английскому "САС".
Протирая на ходу глаза, в пятнадцать минут четвертого наши боевые группы прибыли на аэродром и заняли свои прежние позиции у списанных вертолётов… Солдаты сразу рухнули вповалку досматривать утренние сны. Командиры же групп занимались по плану: кто курил и готовился к вылету на пять утра, кто-то просто лежал на спине с закрытыми глазами.
В половине пятого появился Маркусин и сразу отправился проверять готовность группы Сарыгина к предстоящему вылету. Вторая группа уже сидела в своих вертолетах и ждала команды на взлёт. Вылет состоялся без пятнадцати пять и вертушки скоро скрылись где-то над городом.
Наши офицеры, провожая долгими взглядами улетающие борта, стояли молча у одного из разукомплектованных Ми-восьмых. Наши две оставшиеся группы уже были на ногах. Все напряженно прислушивались к утренней тишине.