— Нам пора, — сказал Александр. Он выглядел серьезным и сосредоточенным.
Они спустились и вышли так же, как пришли, только в этот раз уже без провожатого. Двигаясь на гул голосов, под удивленные взгляды актеров и персонала за кулисами, они легко нашли выход и, ныряя в толпу разъезжающихся зрителей, старались крепче держаться за руки, чтобы не потерять друг друга.
Обратно ехали молча, без музыки, в тишине — все произошедшее слишком волновало. Александр довез ее до машины, припаркованной у работы, откуда Кристина отправилась домой. На прощание он потянулся, чтобы поцеловать ее, но Кристина подставила лишь щеку. Чары распались, она снова владела собой, рационально оценивая поступки. Он усмехнулся — пришлось довольствоваться этим.
В этот вечер Кристина ясно поняла, что Александр умел добиваться своего, несмотря ни на что. Она не пыталась обманывать себя: Саша, при его внешности, манерах, поступках, очень ей нравился, но все равно она чувствовала, что всегда рядом, будто невидимой тенью стоит Игорь, которого она снова впустила в свою жизнь, перед которым была не в силах закрыть дверь в прошлое. Даже близость Александра не могла полностью исключить из ее мыслей присутствие Игоря. Возможно, события развивались слишком стремительно.
Ночные улицы заливал свет разноцветных огней, отражающихся в мокром сером асфальте. Кристина включила музыку, динамик разрывался, выкрикивая строчки песни The Chainsmokers ft. Halsey «Closer». Спонтанное свидание, привлекательный мужчина, романтика — что может быть лучше? Но ей хотелось разрыдаться. От переполняемых эмоций сердце рвало на части. Почему всегда и все приходит в один момент? Если радости — то друг за другом, если несчастья — то целый клубок, если мужчины — то все сразу.
Мысли кружились в голове. Она чувствовала себя будто после удавшейся вечеринки — истерично-веселой, легкомысленной, не способной трезво оценивать свои действия: «Кажется, я никогда не устану влюбляться снова и снова, хоть в одного и того же человека, хоть в разных — это непередаваемое чудесное чувство невесомости внутри где-то посередине, или чуть ближе к сердцу, переполняющая эйфория предчувствия, типично знакомого, но неизведанного. Дрожь в коленках, глуповатая беспричинная улыбка, несмываемая с лица, которую приходится маскировать под реакцию на несмешные шутки собеседников. И хочется поделиться этим со всем миром!».
Кристина вела машину ровно и медленно, непроизвольно стараясь отдалить момент возвращения домой. Эта квартира давно перестала быть ее домом. Через несколько лет после расставания с Игорем, они познакомились с Кириллом. Тогда Кирилл не произвел на нее какого-то поражающе неизгладимого впечатления: в нем не было харизматичной уверенности, яркой внешности, разговоров по душам до глубокой ночи. Он первым обратил на нее внимание, пытался добиться ее, что не могло не подкупать, был очень обходительным и внимательным к ней. Кристина по-своему полюбила его удобной любовью: с ней рядом был мужчина, она не вызывала сочувствия окружающих, оправдывала социальные ожидания своего возраста и пола. В их отношениях не было горячего пламени страсти, безрассудных поступков любви и обжигающих слов ревности. Отношения протекали ровно и гладко, периодически будто останавливаясь совсем. Теперь исчезло даже то, с чего все начиналось — внимание и забота. Иногда Кристина переживала, что слишком мало усилий прикладывала, чтобы поддерживать отношения на том же уровне или хотя бы не потерять их, она действительно пыталась, но попытки были безрезультатны. Непрошенную мысль о том, что она достойна большего и может не довольствоваться такими изнуряющими отношениями, она отгоняла. Поменять все было почему-то страшнее, чем продолжать дальше вести не устраивающий ее образ жизни.
Приехав домой, Кристина увидела из-под закрытой в комнату двери полоску света. Снова работает над проектом. Она решила не заходить к Кириллу, не обозначать своего возвращения и расположилась на ночь на диване, что в последнее время было не таким уж странным для нее поступком. Мечтая в ночи, часть ее мыслей возвращалась к произошедшим сегодня вечером событиям, однако другая никак не могла отпустить образ Игоря, снова и снова появляющейся перед ней. Что теперь делать? Обязана ли она чем-то Александру — ведь очевидно, что она ему не безразлична. Взаимно ли это с ее стороны? И самый главный вопрос, маячащий перед ней, как красная тряпка у глаз быка, раздражающая, мучающая, навязчивая, но в тоже время манящая и будоражащая — Игорь, кто и что он для нее теперь?