— Да, я вас отлично понимаю.
Маленькая комнатка была разгромлена, вдоль одной из стен высилась пирамида из картонных коробок. На журнальном столике грудой валялась женская одежда, такая же куча лежала на диване, накрытом пледом из тех, что иногда воруют в гостиницах или самолетах.
— Тут недалеко площадь Комендадорас, отличное место с кучей баров и летних кафе. А чуть подальше площадь Дос-де-Майо, нужно только подняться выше по улице Ла-Пальма, и вы ее увидите. Местоположение — вот основное достоинство квартиры. Вы знаете этот район?
— Да, немного.
— Теперь он стал замечательным, не правда ли?! Раньше тут было очень много наркоманов и… и много наркотиков, да и жестокости хватало, так ведь?! Но все изменилось, когда в ближайшие дома стали селиться творческие люди — актеры, писатели, художники, власти навели порядок на улицах, и стало совсем хорошо. А лучше всего, что открылась куча новых магазинов, бутиков. Теперь все, что угодно, можно купить недалеко от дома. Не нужно ехать в центр… хотя… ну да, Гран-Виа в двух шагах, потом еще до сквера Алонсо Мартинеса совсем недалеко, станция «Бильбао» рядышком… Ах да, и еще ведь кинотеатры! Сколько угодно! Вам нравится кино?
— Да, немного.
— Ну так я вам скажу: все они недалеко, буквально любой мадридский кинотеатр — в двух шагах. Да тут вообще практически центр… можно сказать, центр города. Я серьезно говорю, лучшее, что есть в этой квартирке, это местоположение. Вы хотите посмотреть остальные комнаты?
— Давайте, раз уж я все равно здесь.
Она толкнула правую дверь, и за ней открылась комната без окон с двустворчатым платяным шкафом и разворошенной двуспальной кроватью, на которой кучей лежала одежда и какие-то вещи.
— Простите за беспорядок, но я переезжаю, именно поэтому обратилась в риелторскую контору и сказала, чтобы они присылали людей после семи. — Она закрыла дверь и снова внимательно уставилась на меня. — И сколько же вы будете платить этим риелторам? С меня они сдирали пятьдесят тысяч в месяц, то есть пятьдесят пять, если быть точной. Будьте осторожны, это настоящие бандиты. Им бы только поживиться за счет бедных квартиросъемщиков.
— В этой стране кругом одни бандиты, не правда ли?! — ответил я. — Иногда мне кажется, что из тюрем вдруг повыпускали всех преступников. Особенно, по моему мнению, это касается риелторов и строительных фирм — в общем, всех тех, кто как-то связан с недвижимостью.
Она усмехнулась:
— Да, повыпускали всех преступников… Пожалуй, вы правы, хе-хе-хе. Я и сама так думаю. Посмотрите, это вот ванная комната. — Она толкнула дверь напротив. По размерам ванная была чуть больше лифта. — Она маленькая, но тут есть все что нужно — и душ и прочее.
— Но тут нет окон.
— Нет, а зачем окно в ванной?! Единственное окно в квартире — это то, что в гостиной.
Я подошел к окну. На подоконнике стоял ящик с красными геранями. С высоты четвертого этажа открывался чудесный вид на улицу Ла-Пальма.
— И куда вы собрались переехать? — спросил я.
— В Лас-Росас, далековато от Мадрида, но там прекрасный дом, что-то вроде коттеджа. Вокруг цветут сады, рядышком бассейн… что еще надо?!
— И у вас там есть работа?
Лицо Аны буквально осветилось:
— Ох, да, конечно же! В муниципалитете Лас-Росаса. Они все еще не сказали мне, чем конкретно я там буду заниматься, но я просила их, чтобы это было что-то связанное с культурой. Понимаете?! Я обожаю культуру.
Ана Гарсес смотрела на меня, улыбаясь счастливой улыбкой, скрестив руки на груди. Я перевел взгляд на единственное украшение, висевшее на стене этой кухни-столовой-гостиной. Оно представляло собой плакат какой-то музыкальный группы, с автографами ее участников. Malasaña Boys, как гласила надпись, выступали в клубе «Круг». Если верить дате, это произошло год назад. Девушка проследила за направлением моего взгляда.
— Вам нравятся Malasaña Boys? Они здорово пели, но группа распалась, такая жалость. Они играли в «Круге», потому что были в приятельских отношениях с Норберто, управляющим. Ах да, если вы снимете эту квартиру, вам непременно нужно сходить туда, эта дискотека самая популярная в квартале, мы все там бываем. Просто скажите, что вы от меня, от Аны из супермаркета, и Норберто сделает вам скидку, я уверена. Для жителей нашего квартала выпивка стоит совершенно иные деньги, чем для чужаков.