Вчера, когда мы сидели в университетском баре, профессор сказал, что если я желаю, он познакомит меня со своим другом, и я согласилась. На самом деле мне стало просто любопытно. Мы договорились встретиться в кафе «Мальоркина» на площади Пуэрта-дель-Соль.
Сеньор Дельфоро сказал, что однажды он все-таки закончит эту серию романов. Три из них уже вышли, но я читала лишь один и, кажется мне, вряд ли захочу читать остальные. Конечно, ничего такого я не сказала, если я признаюсь в этом, он вряд ли поставит мне отличные оценки и даст характеристику, на которую я рассчитываю. Сеньор Дельфоро — очень тщеславный человек, и я уверена, что, скажи я ему правду, он страшно обидится на меня. Мне не нравятся эти романы. Пошлые, пересыпанные ругательствами, лишенные собственного стиля. По мне, так это вообще не литература. Сплошные штампы, такое ощущение, что их писала обезьяна, что удивительно, ведь профессор очень образованный и культурный человек, прочитавший, по его словам, столько книг. Поль Верлен говорил, что художественное произведение должно быть трудным для чтения и вообще сложным. А здесь мы видим нечто совершенно противоположное. Верлен утверждал, что если читатель сразу понимает все, о чем написано в книге, то эта книга плохая и пошлая. Но именно так и пишет профессор. Никакой духовности, никаких высоких целей — вот что сразу бросается в глаза в его романах. Его персонажи живут какой-то животной жизнью, интересуясь лишь едой и сексом.
Вернемся к сегодняшним событиям. Итак, профессор привез меня на улицу Эспартерос. Должна сказать, что квартира его находится в ужасном доме, в подъезде грязно, а лестницы, похоже, никто никогда не мыл. Он живет на четвертом этаже, прямо рядом с Антонио Карпинтеро. Мы позвонили тому в дверь, но никто не ответил, тогда сеньор Дельфоро сказал, что пока мы можем зайти к нему и подождать там. В эту секунду я поняла, что вся эта история была подстроена им, чтобы остаться со мной наедине и воспользоваться случаем в своих целях.
Я должна была раньше сообразить, что все это было ловушкой. Ведь профессор не сводил с меня взгляда на занятиях, похотливого взгляда. Мне нужно быть осторожной, надевая короткие юбки, потому что он тут же начинает пялиться на мои ноги. Все это так мерзко! Так что в этот раз я сказала, что мне не хочется идти к нему домой и вообще нужно заниматься. Произнеся эти слова, я поняла, что он рассердился, хотя попытался скрыть свою ярость за какой-то незначительной шуткой. Он даже назвал меня «малышка» и начал говорить, что я не должна его бояться, так как он настоящий джентльмен.
Но я твердо стояла на своем, постаралась как можно быстрее от него отделаться и отправилась домой, чтобы дожидаться там свою пьяную мать. С тех пор как они развелись с папой, она стала настоящей шлюхой. Возвращается домой на рассвете, как следует набравшись и еле держась на ногах. Отвратительное зрелище! Бог знает, где она шляется и чем там занимается.
На этой же странице я заметил приписку, добавленную явно в другой раз. Несколько коротеньких строчек, нацарапанных в спешке и таким корявым почерком, что я еле смог его разобрать. Вот что я прочитал:
21 марта 1995 года (сейчас ночь, и я пишу быстро)
С тех пор как я сказала, что не пойду к нему домой, профессор ведет себя со мной с каждым разом все более любезно. Он снова приглашал меня познакомиться с Антонио Карпинтеро и подсмеивается, говоря, что со мной ничего страшного не случится. Но его глаза и то, как он со мной обращается, говорят о другом — мне кажется, он только и думает, как бы со мной переспать. Он явно питает ко мне страсть, преследует меня, задает непристойные вопросы: например девственница ли я и есть ли у меня жених. Профессор — по-своему привлекательный мужчина, и он не женат, но совершенно несложно догадаться, что на самом деле он страшный бабник.
Мне очень стыдно рассказывать это, но он так настаивал, что я все же решила пойти к нему домой. Предлогом стало задание, которое он нам дал на своих занятиях, он ведет курс «Реальность и вымысел в композиции рассказа». Он посоветовал мне взять в качестве примера его третий роман и внимательно изучить, обратив внимание на детали реальной жизни — описание баров, улиц, имена официантов и так далее. Профессор настаивал, что мне просто необходимо поговорить с Антонио Карпинтеро и понять, какие черты литературного героя он позаимствовал из действительности, а какие целиком придумал. Я поддалась на уговоры и теперь жалею об этом всем сердцем. Мы отправились к нему домой, чтобы дождаться проклятого Карпинтеро. Квартирка у профессора совсем маленькая, метров пятьдесят-шестьдесят, и в ней всего одна комната плюс крохотный санузел и небольшая кухонька. Единственная комната служит спальней, гостиной и столовой одновременно. Сеньор Дельфоро болтал не переставая все то время, что мы провели там, а потом предложил мне рюмку водки. Мы выпили по две рюмки, и, осмелев, я сказала ему наконец, чтобы он прекратил меня преследовать, что я прекрасно знаю, на что он рассчитывает, и вижу, как он раздевает меня взглядом. Наверное, профессор подсыпал мне в водку какой-то наркотик, — что было после, я уже совершенно не помню. Очнулась я в его постели, голая, а он лежал сверху, тоже голый. Как стыдно все это описывать!