— Мам, я уже пришла на работу. Мне некогда. Я освобожусь поздно, на меня не рассчитывайте.
— Хорошо, — мама вздыхает так показательно тяжело, будто надеется меня продавить. — Я что-нибудь придумаю. А подработка хорошая? Деньги заплатят? Кириллу надо логопеда оплатить. И Каролинка хочет в летний лагерь на море. А цены там такие, что ужас.
И если про логопеда для Кира я сама задумывалась, то море для Каролинки я не потяну.
— Мам, у Кирилла и Каролины есть родители. Мать и отец. Почему Марк не побеспокоится о своих детях? Почему Карина не подаёт на алименты? — я отворачиваюсь от Виктора в попытке спрятаться от его присутствия. Не хочу, чтобы он был в курсе трудностей моей семьи. Но натыкаюсь на его внимательный взгляд через зеркало на двери. Прячу глаза.
— А с чего он будет платить? Он же не работает, —заводит мама старую волынку.
— И поэтому я должна думать о лагере для Каролины?
Мама опять пытается выказать кучу аргументов про то, что мы семья, что мы должны помогать друг другу, но я перебиваю:
— Все, мам, не могу говорить, — и отключаюсь.
— А ты изменилась, — задумчиво тянет Виктор.
— А ты нет. Вот чего стоишь и подслушиваешь? Мог бы и уйти, — мое раздражение прорывается наружу.
— Мог. Но тогда бы я не узнал много интересного. Что приключилось с Мариком-комариком?
Виктор с первого дня знакомства с мужем Карины относился к нему снисходительно. Мальчик и слюнтяй — обычные его характеристики для Марка. Хотя теперь-то я согласна с Виктором, тогда мне было неприятно слушать такое про мужа сестры.
Марк, как в общем-то и Виктор, сын обеспеченных родителей. У них были в собственности три небольшие гостиницы в нашем городе и соседнем и шикарная база отдыха, сеть магазинов канцтоваров — все приносило стабильный доход. Дела шли хорошо, Каринин свекр умел работать, свекровь тоже дома не сидела. Несколько квартир они сдавали, сами жили в загородном доме. Машины, отдых за границей, все атрибуты успешной жизни.
Мама была очень довольна, что Карина так удачно вышла замуж. Даже не очень переживала, что дочь после второго курса бросила университет, куда сама с трудом ее запихнула. Сестра же страшно гордилась, что смогла переплюнуть меня, хотя я никогда не понимала этого ее соперничества.
В тот год, когда родилась Каролина, я разводилась, а родители Марка спешно, под натиском конкурентов, продали гостиничный бизнес и уехали жить на остров Фиджи. Сыну они оставили недвижимость и сеть магазинов, которая под его управлением быстро пришла в упадок. Марк то загорался идеей туристического бизнеса, то планировал открыть сеть автомастерских. Работать не умел, не хотел. Деньги от сдачи недвижимости уходили на повседневные нужды, тем более скромно и по средствам жить не хотел ни он, ни Карина. Каролину разбаловали, сами ни в чем себе не отказывали. Влезали в долги.
К моменту рождения Кирилла Марк продал магазины и те квартиры, которые сдавались. Дом был в собственности родителей, его они не согласились продавать. Раздав долги, Марк с Кариной оказались без денег, но с грандиозными планами собственного бизнеса и огромным нежеланием работать.
Я жила далеко, подробностей толком не знаю. Ни мама, ни Карина не рассказывали, как так вышло, что после рождения сына Марк просто лег на диван и, попивая пивко, бездельничал. Скорее всего, ему просто перестали давать деньги в долг. Карине пришлось искать работу. Без образования, без какого-либо опыта это было трудно сделать. Скандалы и упреки жены, слёзы детей не заставили её мужа оторваться от дивана. Карина подала на развод и съехала к маме. Наверное, была уверена, что Марк одумается и побежит за ней. Но он продал квартиру и исчез на полгода с радаров. Прогуливал деньги за границей.
Потом вернулся, но ситуацию это не изменило. Марк не работает, живёт на подачки от родителей. Карина устроилась в магазин продавцом, пытается устроить свою жизнь.
Все это я выдала как на духу Виктору и сама с себя ужаснулась. Зачем я это рассказала? Захотелось поделиться? По старой памяти помнила, что Виктор всегда умел выслушать и, хоть и с едкими комментариями и замечаниями, но быстро и четко находил выход из ситуации, помогал, даже не спрашивая, а нужна ли мне помощь.