— Простите, — пробормотала она, неловко отступив назад. Марк тут же подхватил ее и не позволил упасть. Его прикосновение будто опалило кожу.
— Мадам, — сказал официант, отодвигая стул для Джо.
Марк сел напротив и улыбнулся ей. Официант вручил ему меню, карту вин и стал быстро зачитывать список блюд от шеф-повара. Джо внимательно смотрела на парня, но почти не понимала, что он говорит. Все ее мысли были заняты тем, что произошло минуту назад, этой химией, внезапно возникшей между ней и Марком. Она заглянула в меню.
— Что будешь заказывать? — спросил Марк.
«Заказывать… Так, быстро выбери что-нибудь, — приказала она себе. — Гребешки, да, гребешки — это замечательно. А еще хочу пармскую ветчину и дыню».
— Гребешки и дыню, — быстро сказала она.
— Но официант ведь сказал, что гребешки закончились, — мягко поправил ее Марк. Джо почувствовала, как румянец заливает ее щеки, словно ей пятнадцать.
— О, неужели? Я, должно быть, не обратила внимания, — ответила она. — Тогда я буду жареную камбалу.
— Звучит заманчиво, — сказал Марк. Он щелкнул пальцами и подозвал официанта. Джо удивилась, насколько быстро тот подошел, чтобы принять заказ. Наверное, дело в Марке. Что-то в нем заставляло других людей прыгать вокруг него на задних лапках. Когда официант ушел, Марк наклонился к Джо.
— Мы целый день не говорили о делах, — заметил он. — Не хотелось бы портить такой замечательный ужин, но нам нужно продумать стратегию переговоров.
Так вот в чем дело! Волшебство развеялось. Очевидно, искра, которая пробежала между ними, — это всего лишь плод ее воображения. Она не нравилась ему. И чтобы прояснить для нее эту ситуацию, Марк заговорил о делах. Все верно. Хорошие начальники не крутят романы с подчиненными. Намек понят.
— Какая стратегия кажется тебе наиболее эффективной? — прохладно начала она. Джо решила доказать, что она тоже деловой человек. И если Марку Дентону есть что сказать, то пусть говорит прямо, а не прячется за красивыми жестами.
Из ресторана они возвращались молча. Джо неимоверно устала, и ей не хотелось больше говорить. Два часа они обсуждали бизнес-тактику, делая упор на необходимости тщательного изучения читательских интересов и потребностей. Теперь она хотела закрыться в номере и надавать себе оплеух за то, что так сглупила, решив, будто Марк Дентон влюбился в нее. На этот раз он не взял ее за руку. Они шли на расстоянии нескольких шагов. Вместе дойдя до отеля, у дверей они разошлись.
— Пойду прогуляюсь, — небрежно бросил он. — Еще рано, я не смогу заснуть.
— Хорошо, — ответила она, не удостоив его даже взглядом. Она разглядывала магазин на противоположной улице так, словно увидела в витрине нечто потрясающее.
— Ты хочешь позавтракать вместе? — спросил он.
— Нет, — резко ответила она. — Я хочу выспаться. Встану поздно, потом поброжу по Гринвич-Уиллидж и Чайнатаун. Уверена, у тебя масса важных дел, не хочу мешать тебе, поэтому можешь не таскать меня за собой, — ответила она, возможно, более грубо, чем намеревалась. Но ничего не смогла поделать с этим. Ей было больно, ее задело его внезапное безразличие, испортившее чудный вечер. Романтичный ужин превратился в скучную деловую встречу. Неужели он думал, что она… что-то вроде щенка, с которым можно позабавиться, а потом игнорировать, зная, что тот все равно прибежит, виляя хвостом. Ну уж нет!
— Хорошо, — согласился Марк.
Джо, не оглядываясь, направилась в отель. В номере она бросила сумочку на стол, включила телевизор, плюхнулась на огромный диван и с облегчением сбросила туфли. Чертов Марк Дентон. Проклятье. О чем он только думал? Смотрел, как влюбленный, намекал, ухаживал? А потом обошелся с ней так, словно она секретарша и приехала писать за него отчеты. Свинья. Как и все мужики. Как Ричард.
Джо меланхолично щелкала пультом: телемагазин, «Си-эн-эн», ток-шоу, канал для взрослых, какой-то сериал — девушка в костюме медсестры, похожая на куклу Барби, проверяла пульс у пациента, навалившись на него пышным бюстом. Джо решила досмотреть до того момента, когда появится сексапильный доктор и скажет Барби, что любит ее, несмотря на то что женат на ее родной сестре или, может быть, спит с ее матерью, неважно. Джо ненавидела американские мыльные оперы. Там все выглядели неестественно. У женщин были пластиковые улыбки, надувные сиськи и осиные талии. Она вспомнила о своей талии, которая когда-то была такой же тонкой, как у красоток по телевизору. Беременность почти не отразилась на ее внешнем виде, но из-за нескольких лишних сантиметров в талии Джо чувствовала себя ужасно толстой. Она искусно маскировала свой небольшой животик с помощью одежды, и только такие опытные мамочки, как Рона или Лаура, могли догадаться, в чем дело. Однако у нее был зверский аппетит и она обязательно поправится, если не будет следить за собой. И хотя Джо ходила в бассейн и два раза в неделю занималась аэробикой, победить этими подвигами тонны шоколадного печенья, батончиков «Твикс» и мороженого будет очень сложно. Она переключила канал. Голди Хоун стояла на борту яхты и кричала на Курта Рассела. «„За бортом“»! — обрадовалась Джо. Она обожала этот фильм. Не хватало только одного. Она подняла трубку.