Джо припарковала «фольксваген» возле редакции и с удивлением заметила на стоянке «порше» Марка. Что он мог делать в офисе в субботу, в половине одиннадцатого? Сама она заехала на работу, чтобы забрать бумаги, которые вчера забыла на столе. В понедельник утром у нее назначено интервью со стилистом телевизионных программ. Вчера пришел факс со списком проектов, над которыми работал стилист. Джо и так знала, о чем будет говорить в понедельник, но все же хотела освежить информацию. Она никогда не забудет тот забавный случай. Джо плохо подготовилась к беседе и невинно поинтересовалась у актрисы, как ей работается с таким-то театральным режиссером, слывшим деспотом и дураком.
— Неплохо, а учитывая, что это мой муж — просто чудесно, — отрезала та и, поджав губы, удалилась.
Джо поднялась в офис «Стайл». Дверь была открыта. Она вошла, ожидая увидеть Марка в конференц-зале, но тот сидел за столом Бренды. Зажав телефонную трубку плечом, он просматривал макет октябрьского номера.
— Привет, не думал, что встречу здесь кого-нибудь, — тепло сказал он.
— Я забыла бумаги, нужные для интервью, — ответила она и подошла к своему столу, проклиная себя за то, что он застукал ее в трениках и старых кроссовках, без макияжа, с лицом, наверняка блестящим от пота.
— У кого ты берешь интервью? — спросил он. Джо только открыла рот, но тут Марку ответили по телефону. — Привет, Тим. Нет, все в порядке.
Пока он разговаривал с Тимом, Джо искала блестящий лист бумаги из факса среди пресс-релизов, журналов и цветных слайдов. Положив факс в сумочку, она направилась к двери, но Марк остановил ее.
— Подожди, Тим. — Он прикрыл рукой трубку. — Джо, не уходи. Я скоро закончу.
Джо не оставалось ничего другого, как подождать босса. Но не обязательно же делать это стоя? Она вернулась к столу, села и решила позвонить Эшлин. Утром у нее никто не отвечал. Джо переживала за подругу. Как она там после той ужасной истории с извращенцем-адвокатом? Джо придумала несколько вариантов кары для господина Мерфи, и за любой из них предполагалась уголовная ответственность.
Опять гудки без конца. Ну конечно, сегодня же у мальчиков футбол — Эшлин поехала отвозить их, вспомнила Джо. Хорошо, нужно будет позвонить чуть позже. Марк все еще разговаривал по телефону. Она не хотела сидеть и тупо ждать, когда он оторвется от трубки, поэтому достала ежедневник и сделала вид, будто внимательно его изучает. Интересно, зачем он попросил ее остаться?
Прошло почти два месяца после их поездки в Нью-Йорк. Все это время он был учтив, внимателен и исключительно добр к ней. Он спокойно отнесся к ее признанию, утешал и обнимал, словно старший брат, когда она разревелась в «Блумингдейл». Он отвел ее в ближайшее кафе, напоил горячим шоколадом и держал за руку, пока она не успокоилась. Марк не выспрашивал у нее подробности, не лез в душу. Он спокойно выслушал ее сбивчивый рассказ о ребенке и о том, как Ричард бросил ее. Вечером они ужинали вместе. Джо была смущена из-за своего поведения, но Марк просто сказал:
— Спасибо, что рассказала мне. Если тебе нужна помощь, можешь положиться на меня. «Стайл» — это большая семья, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь, — подчеркнул он.
У Джо в который раз мелькнула мысль, а не придумала ли она ту особую атмосферу, якобы возникшую между ними. Сейчас он заботился о ней, как о любимой сестренке, которая заболела. Спрашивал, не жарко ли ей, не принести ли воды или сока. Для холостяка Марк подозрительно много знал о беременности: просматривая меню, он сразу исключил блюда с мягкими сырами, печенью и алкоголем.
— Осторожность не помешает, — сказал он, заказывая минеральную воду. Марк решил тоже не пить вино за ужином.
Эта братская забота успокоила Джо. Марк искренне хотел помочь. Джо подумала, что если бы Марк был отцом ее ребенка… в общем, она подумала, что он был бы чудесным отцом. Но все же немного обидно — за один вечер превратиться в его глазах из сексуальной коллеги в бесполую квочку! «Да, я ношу ребенка, и да — я сексуальная женщина, — хотела крикнуть Джо. — Я не дикое животное, которое не спаривается во время беременности!» Но, разумеется, ничего такого она не сказала. Вероятно, Марку была неприятна сама мысль об отношениях с женщиной, которая вынашивает ребенка от другого мужчины.
В течение двух месяцев он звонил в офис, просил соединить с Джо и подолгу болтал с ней. Спрашивал, как она себя чувствует, как дела у ребенка, даже предложил взять внеочередной отпуск.
— Ты должна заботиться о себе, — по-отечески сказал он.