На секунду Лу замолчал. Жестом подозвав к себе Яна, он завершил речь:
– А теперь, выслушаем этого человека. Помните, что он - голограмма, и подсознательно он может пытаться вам навредить, но… Но мне искренне жаль этого паренька. Видели бы вы, как его слушался грозный двуног! Впрочем, это ещё раз доказывает, что он - лишь иллюзия. Если верить его рассказу, то он в одиночку надел на хищника кабинку, а обычному человеку это не под силу. Его зовут Ян Ютото, и он вызывает у меня противоречивые чувства. Как мне его жаль…
Лу уступил микрофон собирателю. Тот молча поглядел на скопление народа. Парень и раньше знал, что у толпы всего одно лицо, но почему-то именно эта мысль тревожила его сейчас больше всего. Будто он говорил не с людьми, а с громадным чудовищем, которое желает лишь его смерти.
"Что ж, с жаждущим твоей крови монстром говорить куда проще. Я ведь и раньше это делал" - успокоился Ян, вспоминая встречу с гигантским пауком. Не теряя ни секунды, он приступил к делу:
– Ну ладно, ребятки, я понимаю, что вы на меня злитесь. Я и сам бы на вашем месте злился. Знаю, вам будет тяжело это слушать, но вы уж постарайтесь. Я не был так хорошо знаком с полковником, как многие из вас, поэтому я могу смотреть на его смерть объективней. Нет-нет, ни в коем случае не думайте, что я оправдываюсь! Не буду я извиняться в том, чего не совершал - это не в моих традициях. Но я хочу, чтобы вы знали то, что знал полковник. Знал, но не хотел об этом говорить… без крайней необходимости…
Ян заметил в толпе лицо Сэя и почувствовал облегчение. Ну хоть кто-то пришёл поддержать собирателя, а не просто тупо глядеть, как он подыхает от безысходности. Парень улыбнулся и заговорил дальше. Голос его стал твёрже, а тон уверенней и смелей:
– Когда мы разговаривали с ним наедине, полковник предложил мне странную теорию. Вначале я не поверил, и жутко злился, что старый начальник сошёл с ума. Но теперь я начинаю понимать - не всё так просто в этом мире. Возможно, он был прав, а я, как глупый дурак, отрицал его мысли. Но ответственность этой теории лежит на мне, и если я умру, вы никогда не узнаете последнюю волю полковника.
Толпа стала лишь угрюмее и мрачнее. Никто не хотел верить Яну. Если судить по лицам, большинству было всё равно, что придумает пустынная голограмма. Пристрелить бы её прямо сейчас, да отправиться в лабораторию - за привычным занятием время летит незаметнее. А время, как известно, лечит.
– Он считал, что надвигается конец света, - громко сказал Ян, невзирая на мрачных, как пепел, слушателей. - Сами судите: на Сан-Прожектор упала солнечная звезда, а северные районы города уничтожили птерохваты. При этом южная часть осталась без света, да вдобавок ко всем несчастьям, повалил такой густой пепел, что движение на улицах моментально замерло. Началась паника, многие покидали город и застревали в пробках. А на вокзале случилась такая давка, что пострадали сотни человек!
Ян не считал преступлением немного преувеличить случившиеся в городе ужасы. База была информационно отрезана от мира, и сотрудники узнавали новости, только когда кто-нибудь их привозил. За последние две недели никто не приезжал, и, естественно, учёные ничего не слышали о событиях в Сан-Прожекторе.
– Насчёт других городов не знаю, - честно признался Ян, - но, по-видимому, там тоже происходят катаклизмы. А как же пустыня - спросите вы. Да, отвечу я, там тоже творится что-то ужасное. Вспомните ту громадную трещину, появившуюся не так давно. Раньше вы видели что-нибудь подобное? Вот и я тоже. А гигантские пауки с людьми на спинах? А черти, которые не боятся двуногов и бесстрашно проникают на исследовательскую базу?…
Зря он произнёс последнюю фразу. Уж лучше бы промолчал. В замкнутом пространстве слухи разносятся быстро. Даже самый угрюмый и нелюдимый охранник во всех подробностях знал, почему умер полковник и кто в этом виноват.
Толпа загудела и начала вскипать, словно вода в кастрюле. Как водится, сначала появляются и всплывают отдельные пузырьки. Здесь их место занимали одиночные выкрики, грубая ругань и неодобрительные жесты. Ещё несколько минут, и кипение может перейти на следующую стадию. Едва отвернёшься, а вода уже бурлит так, что невозможно держать крышку.
Заметив, что гигантская кастрюля приближается к температурному риску, Ян заорал:
– Тихо! Неужели городская паника перекинулась и на ваши учёные головы? Я-то всегда думал, что люди из науки в любых ситуациях будут вести себя разумно!
Выкрик собирателя на какое-то время угомонил толпу. Долго спокойствие не продержится, а кричать ещё раз - верный способ повысить температуру. Не теряя времени, Ян продолжил, только мягче и спокойнее:
– Полковник считал, что древние возвращаются. Помните, как сказано в писании? Что небо откроется, и творцы всего сущего протянут нам дорогу к солнцу. Помните? Так вот, это время близко! - Ян чуть не рассмеялся. Он вспомнил какого-то телевизионного проповедника, который говорил точно такие же слова. "Скоро, уже через несколько лет, небеса откроют нам дорогу к солнцу!". Самое смешное, что Ян видел запись полувековой давности. Впрочем, смеяться сейчас нельзя, и парень отложил шутку до лучших времён. - Но не стоит сидеть сложа руки и ждать, будто счастье свалится на нас само! Чтобы открыть небо, древние придумали аномальную зону, олицетворяющую дверь, и человека, который должен был стать ключом к этой двери. Так знайте же, что этот человек - я.
Воцарилась тишина. Недовольные крики смолкли окончательно, и было слышно, как работает система охлаждения. Лу тайными знаками что-то передавал солдатам, и это не понравилось Яну.
– Не верите? А почему тогда, солнечная звезда уничтожила мой дом, а птерохваты унесли мою девушку? Почему не вашу или не ваших друзей? Неведомая сила толкает меня к аномальной зоне. Полковник считал, что иначе и быть не может. Едва я пройду сквозь цепь чёрных монолитов, желание древних осуществится. Тучи уйдут, появится солнце, нам откроется путь наверх - не помню, в какой последовательности, давно не ходил в церковь. А теперь посудите сами: если меня убьют, воля древних не свершится, и небеса не откроются. Конечно, может быть, ничего не произойдёт, и ещё одно тысячелетие мы будем жить во тьме. Но если древние готовили это с самого начала? Если я - единственная возможность вытащить нас на небо? Понимаете, каков будет гнев существ, превосходящих нас в развитии на сотни и тысячи лет? Разве вы хотите попасть под их руку?…
Озадаченная толпа притихла. С одной стороны, они не должны верить Яну. Всё-таки, это он убил полковника, а с убийцами долго не разговаривают. С другой стороны, речь собирателя отличалась логичностью, и ответить на произошедшие в городе странности было нечем. Конечно, парень мог всё выдумать за ночь, и назвать это "последней теорией полковника". Но искренняя вера и трепетное отношение к религии заставили многих задуматься.
А не говорит ли парень правду? За последнее время действительно произошло много странностей. Даже для пустыни это чересчур. Например, слежавшийся пепел, или, как выражался Ян, "миксерная аномалия". Люди, долгое время работающие в паранормальных условиях, казалось, давно уже должны быди привыкнуть к чудесам. Но столь необычная профессия куда больше сближала их с религией, чем это казалось на первый взгляд.
К тому же, обилие чудес насторожило даже давно привыкших к аномалиям людей.
Несколько секунд Ян молчал, пристально вглядываясь в отдельно взятые лица. Толпа замерла в нерешительности. Хорошо, что она не успела вскипеть - иначе любые уговоры сравнялись бы попытками пробить головой бетонную стену. Собиратель уже открыл рот, чтобы продолжить свою победоносную, речь, как Лу подошёл вплотную и вытеснил его из-за микрофона.
– Послушайте, всё это бред! - воскликнул он с уверенностью. - Если древние так свято берегут этого человека, то почему они так много раз подвергали его риску? Он - собиратель, его работа немыслима без смертельной опасности! Где доказательства, что он вообще кому-то нужен? Если древние захотят, они уничтожат под нами землю, а с небес спустятся руки, и на ладонях отнесут этого парня в аномальную зону. Если он такой важный, то мы должны знать это наверняка. Где доказательства?