Дверей не было. Только голый проём в стене, похожий на беззубый рот мёртвого чудовища. Внутри оказалось так же пусто, как и снаружи. Всё, что имело хоть малейшую ценность, унесли. Остались лишь бумажный мусор, картонные коробки, слой вековой пыли и заржавевший труп собаки. Ян не стал оглядываться по сторонам. Без особого любопытства он прошёлся по комнате, и решил, что здесь уже тысячи лет не ступала нога человека.
"Бояться нечего" - сказал собиратель. Тем не менее, он забрался под лестницу, ведущую на второй этаж, и загородился коробками. Паук всё ещё может его преследовать. Не сейчас, так завтра утром или через день. Неизвестно, сколько времени уйдёт на поиски Лио.
Уснул Ян быстро, но всю ночь его мучили кошмары. Никаких детализированных снов не было. Их заменила агония безумства, похожая на ритуальную пляску смерти. Череда бессвязных сюжетов, страшные картинки, взрывающие сознание шумы и метание в поисках спасения. Выспаться собирателю так и не удалось.
А под конец ночи Яну стало казаться, что у него появился шанс исправить всё. Шанс спасти друзей, получить назад Лио и вернуться домой, в родной Сан-Прожектор. Он обнаружил клубничку. Оказалось, что никуда она не исчезала, а всё это время лежала в его кармане. Собиратель даже рассмеялся во сне. Ворочаясь с боку на бок, он сжимал ягоду в кулаке и беззвучно шептал желания. Это казалось настолько реальным, что не вызывало сомнений. Всё ещё в его власти, он может всё исправить…
Но по мере того, как сон отступал в тень, видения растворялись. Яну начало мерещиться, что он выронил клубничку из рук. Он стал шарить по грязному полу, ощупывая каждый уголок и каждую выбоину, прежде чем понял, что это было лишь видение. Лишь очередной глупый сон.
Сквозь баррикаду картонных коробок проникал свет. Причём уже давно. Наверное, сейчас вторая половина дня. Ян чувствовал слабость и жар, а сильнее всего - тысячетонную усталость и желание забыться вечным сном. Преодолев столь неуместную сейчас прихоть, он выбрался из своего укрытия и огляделся.
В грязном помещении всё осталось по-прежнему. Даже вчерашние следы на пыльном полу никто не тронул. Ночью Яну неоднократно мерещилось, что по комнате кто-то ходит. Кто-то большой и металлический, с двумя горящими глазами и пятью ногами-тростинками.
Глупости! - паук слишком велик, чтобы забраться в такое помещение. Голова у собирателя не варила совершенно, и он понимал, что заболевает. Аптечка первой помощи осталась в багажнике Сары, и о ней можно забыть вообще. Найти какие-нибудь лекарства здесь не было ни малейшего шанса. Скорее всего, их вывезли, когда покидали город, а те, что остались, уже наверняка испортились. Да и как бы Ян отличил упаковку аспирина от упаковки пенициллина?
Не зная, что делать, он присел на ступеньки лестницы. Тело ныло нещадно, а левое колено распухло и на любые попытки согнуться отвечало взрывом боли. Похожая ситуация была и с плечом. Только без плеча можно пройти и сотню километров, а без колена ты вряд ли доползёшь и до соседнего квартала. Наступать на левую ногу Ян не мог - помимо боли, колено всё время пыталось куда-то выгнуться и пострадать ещё сильнее.
Держась за перилла, собиратель на одной ноге допрыгал до второго этажа и поискал хоть что-нибудь, что могло бы облегчить его страдания. Если нижнее помещение являлось чем-то вроде магазина (во всяком случае, так показалось Яну), то верхние комнаты были подобием офисов. В основном, перевёрнутые пластиковые шкафы, крутящиеся стулья, разломанные столы и горы всяких канцелярских штучек.
В пятой или шестой комнате Ян обнаружил вешалку. Их используют для уличной одежды, и обычно делают из металла, но именно эта оказалась пластмассовой. Плюхнувшись на пол, собиратель достал нож и принялся за работу. Пластик был незнакомый - намного прочнее и надёжнее того, что добывают из шерсти носорогов. Впрочем, нож выиграл эту битву, и уже через полчаса Ян держал в руках неуклюжую самодельную трость.
– Некрасиво, зато удобно и прочно, - сказал он вяло.
Спрятав нож, он поднялся на ноги и вышел из комнатки. Опираться приходилось на больное плечо, но Ян решил, что пусть лучше у него отвалится рука, зато нога останется целой. "Лио я смогу обнимать и одной рукой" - пошутил он и даже не улыбнулся.
Покинув ночное пристанище, Ян зашагал к центру города. У него поднялась температура и кружилась голова, поэтому приходилось часто останавливаться и отдыхать. К тому же, его постоянно одолевала жажда, а водные автоматы никак не попадались.
Если бы это была обычная экспедиция, Ян остался бы в здании. Следовало подождать, пока ушибы пройдут, а жар спадёт. В своих путешествиях собиратель никогда не расставался с аптечкой. Но даже будь она сейчас у него под рукой, Ян бы всё равно не сидел бы на месте. Надо спасать Лио - сейчас дорога каждая секунда.
Хромая по улице, Ян часто думал, почему он доверился пауку. Неужели только потому, что он знал о его возлюбленной? Но ведь о ней знали многие - монстр мог подслушать разговор учёных, пока его держали на исследовательской базе. Или выпытать всё из Роя, пока Ян валялся без сознания. По этой же причине он знал и о его снах. Ведь, кто сказал, что юриста убили сразу же? Его могли загипнотизировать и выдавить информацию из его мозга.
Почему же тогда Ян до сих пор верил пауку? Ответ прост и одновременно ужасен - потому что он не знал, как поступить. Сидеть без дела собиратель не желал, а бездумные шатания по городу ему осточертели ещё вчера. Если здесь есть птерохваты, то они наверху. Не исключено, что они свили гнездо на самом высоком здании и держат в нём Лио. Осталось только залезть и проверить.
Ничего лучше Ян придумать не мог. Думал он вообще с трудом - вскипающие мозги уже давно превратились в суп. Поэтому ничего не оставалось, как плестись вперёд и надеяться, что паук прав. В крайнем случае, собиратель воспользуется древним, как мир, оправданием: "Я же пытался!".
Кварталы стали расти ввысь, и вскоре зеленоватое ромбическое здание скрылось за нагромождением небоскрёбов. Ян блуждал по заполненным автомобилями улицам, доверившись интуиции и собственной памяти. Приблизительное направление он помнил, оставалось лишь верно ему следовать. Положение осложняли заторы - кое-где, это были рухнувшие здания, а в других местах - стоящие вплотную автомобили. Будь Ян здоровым, он без труда бы перелез через эти препятствия. Но сейчас, даже такие крошечные преграды превращались в неприступные баррикады. Приходилось огибать по нескольку кварталов.
Нередко, собирателю попадались водные автоматы. Он включал каждый и жадно пил. Возле одного из них, Ян обнаружил пластиковую канистру. Специально для воды - солнечный сок, как правило, носят в металлических. Не долго думая, он прихватил её с собой.
Часы Ян выбросил ещё вчера, но постоянно забывал об этом. Периодически, он поглядывал на запястье и пытался сообразить, сколько же прошло времени. К тому моменту, как он добрался до главной площади, минуло, наверное, часов восемь.
При выходе из улицы-ущелья, собиратель остановился. Зрелище было потрясающее: полупустая площадь и здание, уходящее в небо примерно на километр. И всё тот же "мусор": брошенные автомобили, битое стекло, куски бетона. В отличие от мелких строений, небоскрёбы сохранили часть стёкол. От этого они смотрелись так, словно кто-то целый день палил по ним из крупнокалиберного пулемёта.
Ян задрал голову и увидел нескольких птерохватов. Они кружили возле самой крыши заветного здания и не обращали на него никакого внимания.
– Высоковато же придётся лезть… - пробормотал Ян и едва не свалился на спину.
Глава тридцать первая
Одно из соседних зданий было супермаркетом. Во всяком случае, оно очень напоминало те дорогие магазины, каких в Сан-Прожекторе понастроили великое множество. Ян посещал их редко, но постоянно ходил мимо, поэтому ошибаться не мог. Да, выбитые стёкла и поваленные рекламные щиты не повышали привлекательности, но другого выбора у него нет. Собиратель надеялся, что в этом заброшенном торговом центре будут не только горы модной одежды, но и продуктовый отдел.