Ему повезло. На втором этаже Ян обнаружил уходящие в темноту полки с пищей. Многое испортилось и превратилось в прах. Остались лишь яркие упаковки, да сухие, словно вечная пустыня, запахи. Нашёлся и консервный отдел. Ян радовался ему, как ребёнок, пока не сделал горькое открытие - банки были запечатаны намертво. Даже нож, подаренный Джеем, здесь не годился, хотя собиратель постоянно вскрывал им консервы. Ох уж это "будущее"!
В соседнем отделе обнаружилась точная копия самого высокого здания. Того самого, на которое Ян должен был вскарабкаться. Собиратель прошёл мимо неё несколько раз, пока не сообразил, что эта модель потрясающе пахнет. Похоже на свежий хлеб, только с солоноватым привкусом.
Оказалось, что это действительно хлеб, но только твёрдый, как гранит. Ян достал нож и отковырял от этого сухаря кусочек. Вкусно, спору нет. Единственный недостаток - можно запросто сломать зубы. Но как еда, такая вещь вполне годится. Собиратель трудился до самого вечера, отколупывая от модели куски и бросая их в найденную неподалёку сумку.
Стемнело на удивление рано. "Вот, что бывает, когда валяешься в постели дольше положенного!" - с сарказмом заметил Ян. Переночевал он здесь же, в супермаркете. На этот раз кошмары ему не снились, а ночь пролетела быстрее предыдущей. Следующим утром собиратель чувствовал себя только лучше. Голова по-прежнему раскалывалась, а колено опухло ещё сильнее и, кажется, совсем забыло, что умеет сгибаться.
– Чёртово воспаление! - ругался Ян, ощупывая больную ногу. - Ну, прямо как геморрой - никуда от него не денешься, но жить ведь как-то надо. Эх, был бы здесь Лайн!
Верный пёс дотащил бы хозяина хоть до края земли. Но он мёртв, как мертвы Сэй, Рой, Лу и другие. Для полноты коллекции, осталось лишь умертвить Лио (если она ещё жива), да подохнуть самому.
Понимая, что околачиваться здесь бесполезно, Ян захромал вниз. Сумку с сухарями он взял с собой. Возле входа в супермаркет нашёлся водный автомат. Они встречались на каждом перекрёстке, и собиратель начал подозревать, что другого способа добыть воду жившие здесь люди не знали. Ни реки, ни хотя бы пересохшего русла он так и не обнаружил.
Ян наполнил канистру доверху. Он попытался петь, но на душе скребли кошки, а боль резонировала во всех частях тела. С канистрой в правой руке, тростью в левой и сумкой через плечо, собиратель направился к зеленоватому зданию. Стеклянные двери валялись на ступеньках в виде запылившихся осколков, и человек без труда вошёл внутрь.
Ещё издалека он понял, что это очень дорогая площадь. Наверное, самые престижные в городе офисы, шикарные торговые центры и гостиницы для безумно богатых. Действительно, в фойе ему попались остатки дорогой мебели. Труха - всё, что сохранилось, ведь мебель была деревянной. Проще всего делать столы и стулья из пластмассы или недорогого металла. Можно изобрести сверхпрочный сплав или выдолбить предмет интерьера из камня. Но тратить на создание мебели дерево - непростительная роскошь. Это ведь не трава, которая растёт и в тридцати километрах от солнцеловителя - это сложная органическая материя, которую нужно использовать с умом. Например, получать лекарства от смертельных болезней.
Роскошь - это хорошо, но не надо забывать о людях. Ян всегда придерживался этой точки зрения. Но сил ворчать на людей древности у него сейчас не осталось, и он потащил больное тело вперёд.
Рядом с черной шахтой лифта обнаружились лестницы. Ян выбрал ту, что почище. Перебираться через завалы он всё равно не сможет, да и время надо экономить. Вздохнув, собиратель начал восхождение.
Двигался он медленно, через каждую ступеньку уговаривая себя не останавливаться, а твёрдо ползти наверх. Груз давил беспощадно, и Ян несколько раз порывался его выбросить. Но каждый раз сдерживался. Сухари и вода ещё пригодятся, тем более что без них легче не станет. Ян выбросил бы и собственное тело, потому что оно тоже превратилось в "груз". В тяжёлый и непослушный багаж, то и дело норовящий свалиться и всё время ноющий об отдыхе.
Через каждые три этажа Яну приходилось останавливаться. Есть не хотелось совершенно, наверное, из-за высокой температуры. Волнение, страх, жалость, ответственность и достижение цели - всё это теперь утратило всякий смысл. Остались лишь упрямое "надо", да его злобная сестра - физическая боль. Они грызлись между собой, как псы, и каждый желал откусить побольше. Всё остальное стёрлось. В сознании осталась только эта вековая борьба и бесконечная дорога в небо.
Весь день прошёл в лестничном полумраке. По руинам шикарных покоев гулял ветер. Чем выше Ян поднимался, тем сильнее тот становился. Теперь, это был не лёгкий сквознячок, который появляется, когда открываешь одновременно и форточку, и дверь. Нет, скорее, это - предвестник пустынной бури.
До темноты оставалось ещё несколько часов, а Ян уже полностью вымотался. Путь загромождали обрушенные плиты, и собиратель решил поступить так, как всегда поступал в таких случаях - воспользоваться другой лестницей (благо, в здании их было четыре). Но тут он понял, что не сделает и двух шагов. Сбросив багаж с плеч, собиратель отошёл в ближайшую комнатку без сквозняка и рухнул на пол.
Просыпался Ян дважды. Первый раз это случилось ночью. Он то открывал, то закрывал глаза, пытая сообразить, из-за чего так темно и почему рядом нет Лио. Во второй раз был уже день. Потеряв всякую ориентацию во времени, Ян не мог сказать, полдень это или раннее утро. А может быть, он проспал целые сутки и проснулся уже послезавтра.
Как бы то ни было, чувствовал себя парень, мягко говоря, "неважно". Помимо вчерашних недугов, к его бедам добавилась ещё и слабость. Стоило проковылять несколько метров, как начинало рябить в глазах и сводить дыхание. Едва не падая в обморок, Ян добрался до сумки с сухарями. Есть не хотелось, но собиратель знал, что без пищи организм сдастся окончательно, и поэтому пришлось жевать через силу. Сухари - та ещё еда, но выбирать не приходилось. Вяло грызя, Ян запивал водой из канистры и тоскливо думал, когда же всё это закончится.
В тот день он прошёл всего три или четыре этажа. Хотелось большего, но здоровая нога вовсе ослабла, а мышцы забыли, как надо работать. Битый час Ян потратил на поиски безветренной комнаты. Он подумывал, не вернуться ли вниз, на своё вчерашнее место, как вдруг ему попалась очень уютная коморка. У неё даже дверь была, причём закрывающаяся на щеколду. "Лучше спать в темноте, чем на сквозняке и в постоянной опасности" - решил Ян. Закрывшись, он намертво отключился.
Собиратель не знал, сколько продолжался отдых. Он просыпался только для того, чтобы попить и выползти в "туалет". Потом он возвращался в комнатку и снова проваливался в бездну. В таком практически бессознательном состоянии прошли сутки. А может и больше - Яну было всё равно. Но когда он очнулся, то чувствовал себя намного лучше.
– Значит, Лио рядом, - порадовался он. - Когда это чудо природы близко, мне всегда легчает…
Позавтракав сухарями, собиратель отправился в путь. Слабость всё ещё властвовала над телом, но вместе с ней появились новые силы. Опираясь на самодельную трость, Ян подошёл к окну. Он хотел сделать это ещё позавчера, но помешала болезнь. Это же просто кощунственно - побывать на самом высоком в мире здании и так и не посмотреть вниз.
От стекла не осталось даже осколков. Окно тянулось от пола до потолка и казалось обрывом в пропасть. За ним лежал побитый временем город. Ян поднялся выше большинства небоскрёбов, и ему открывался вид на горизонт. Пустыня, а за ней скалы. Парню даже показалось, что он видит тоненькие столбы чёрных монолитов. Впрочем, глаза от ветра сильно слезились, и рассмотреть древние строения у Яна не получалась.
Плюнув вниз (говорят, это приносит удачу), он вернулся к лестнице. Судя по всему, большую часть пути собиратель преодолел. По крайней мере, он был уже выше всех известных ему небоскрёбов. Даже в хвалёном Сан-Трилистнике не строят так высоко. Следовательно, пройти осталось совсем чуть-чуть. Если он, конечно, ничего не перепутал.
Лестница давалась нелегко. Новые силы куда-то очень быстро исчезали, и время от времени приходилось их пополнять. Наверное, Ян добрался бы до крыши и сегодня, будь в его распоряжении немного больше времени. Но встал он поздно и двигался медленно. Поэтому сумерки парень встретил с разочарованием.