— Эй! Я здесь! — окликнул видение Дамиан, но это был лишь возглас в пустоту. От звенящей тишины закладывало уши. Липкий страх подкрадывался из темноты, медленно окутывая. Но Дамиан не сдавался:
— Кто-о-о-н-и-ибу-у-удь! — раскатисто повторил он, и (о чудо!) где-то вдали послышались шаги. Тихие и суетливые, похожие на топот детских ножек. Сердце Дамиана гулко забилось в груди: шаги стремительно приближались. Скрипнули петли тяжёлой двери, спрятавшейся где-то во мраке коридора. Мягкий свет волшебного шара разогнал темноту. Дамиан вжался в невидимую преграду и уставился на появившуюся маленькую девочку, одетую в просторную короткую ночную сорочку. Золотистые волосы малышки растрепались, а заспанные глаза часто моргали. Вокруг её ног вился, задрав пушистый хвост, здоровенный рыжий кот. Он громко мурчал и тёрся ушами о голые ноги девочки. Малышка подошла ближе, и Дамиан не поверил своим глазам. Она была невероятно похожа на Нэйдж! Те же карие, словно спелые вишни, глаза, точёные черты лица и мягкие алые губы. И даже лёгкий яблочный аромат внезапно пробившейся через сырость и гнилостный запах плесени.
«Как такое возможно?!» — только и успел подумать Дамиан, прежде чем уставившаяся на него малышка резко нахмурилась и строго спросила:
— Кто ты, и что делаешь в фамильном гобелене Редианов?
Глава II. Пасмурное утро. Рена
Рена:
Первый день месяца белой совы, третий день после исчезновения короля Дамиана
— Лорд-канцлер? — Глухо прозвучал из-за двери голос слуги. — Прибыл посол из Тёмного царства нагов и просит аудиенции!
«Кто бы это мог быть? — Рена встрепенулась и отвлеклась от чтения бесчисленных государственных докладов. — Опять засиделась», — поняла она, покосившись в окно, за которым медленно занималось хмурое зимнее утро.
Слуга нерешительно топтался за закрытой дверью. Стоило отдать должное лорду Торику — его пугающая слава избавила Рену от лишних хлопот. Без разрешения в её покои никто не смел заходить.
— Отправьте его к тронному залу, — прочистив горло, произнесла она голосом Торика.
«Король драконов. Нужен король драконов», — зловещий шёпот вновь раздался в её голове. Рена невольно вздрогнула. Ей всё никак не удавалось понять, откуда исходит и кому принадлежит этот пугающий голос, который в последнее время проявлялся всё чаще. Порой он, подобно назойливой мухе, неистово зудел, заставляя вмешиваться в какие-то непонятные, а иногда и откровенно странные дела. В такие дни у Рены обычно жутко болела голова, и происходили необъяснимые провалы в памяти. Последнее особенно беспокоило. Пытаясь разобраться, Рена принялась осторожно наблюдать за таинственным невидимым советчиком. Она старалась выполнять внезапно появляющиеся требования, которые, впрочем, обычно хорошо помогали справиться с возникающими трудностями. И лишь изредка перечила, когда дело начинало принимать скверный оборот. Сегодняшнее пожелание не вызвало у неё какой-то тревоги, скорее, разбудило интерес.
— И позовите Его Величество О’дара, — прибавила Рена и, выскочив из-за стола, устремилась к большому старинному зеркалу в чёрной кованой оправе. По её требованию его перевезли из имения лорда Торика сразу же после переселения. Оставаться в том доме ей было невыносимо. Мысли о Дарке и о жертвенной смерти лорда сводили с ума. Опухшие от слёз глаза едва открывались, сердца без конца ныли, от тяжести в груди и вновь прорываемых рыданий порой становилось трудно дышать. Но хуже всего были странные видения, которые стали буквально преследовать её. Чёрные тени сновали по дому, словно призраки. Они возникали не только в тёмных углах или закутках, а могли растекаться пятнами посередине хорошо освещённой комнаты. Но стоило только к ним приблизиться, как они испарялись, подобно иллюзии. Рене постоянно слышались какие-то звуки, и первое время она пыталась найти им разумное объяснение. Неясные шорохи и стонущие скрипы можно было списать на забавы усилившегося зимнего ветра, тихое шуршание — вероятно, в дом забрались крысы или мыши. Вдобавок Рена никак не могла отделаться от ощущения, что кто-то невидимый ходил за ней попятам. Несмотря на, казалось бы, полное одиночество, она постоянно чувствовала чьё-то незримое присутствие.
А потом в её жизни появился вкрадчивый, невнятный шёпот. Сначала едва различимый, почти инстинктивный. Он внезапно возник при встрече с королём О’даром. В ней будто проснулось какое-то неведомое чутьё, которое подсказывало, как нужно поступить, и она неосознанно к нему прислушалась. Тогда это даже не показалось ей странным. Виной тому, конечно, были терзающие её страхи. Что если в надетой с огромным трудом личине лорда Торика обнаружится какой-то изъян или же она и вовсе рассеется в самый ответственный момент? Вдруг владеющий магией Дамиан или коварный драконий король смогут её разоблачить? Или же она сама выдаст себя нелепым высказыванием или действием. Как тут не прислушаться к немного странному внутреннему голосу?! Кто же знал, что вскоре от него не будет никакого спасения!