— Если начальство узнает, головы нам оторвут! — посетовал второй.
— Чуешь? Дым опять! — воскликнул первый, и торопливые шаги резко перешли на бег.
Выбора не оставалось. Мальчишка схватил за плечо демона и поволок в своё маленькое укрытие.
— Сиди тихо, — велел он, впервые оказавшись рядом с демоном так близко, что их тела почти соприкасались.
— Зачем? — непонимающе переспросил тот. Им обоим было неловко и неудобно в тесноте. Мальчишка ощущал, как морозные мурашки расползаются по его телу.
— Чтобы нас не нашли! — шикнул он, а в следующую секунду патрульные ангелы вошли в пещеру.
— Опять в том же месте! — поразился первый серокрылый. — Они точно издеваются!
— Здесь что-то не так, — возразил второй и принюхался. — Ты чувствуешь? Холодом повеяло.
— Демоны?! — В голосе первого послышалась тревога.
— Не знаю, — проговорил второй и двинулся в сторону убежища.
Мальчишка затрясся от напряжения.
— Ты… — Его голос дрожал. — Можешь спрятать свой холод?
— Не волнуйся! Они слабые! — спокойно заявил демон.
— Подожди, ты же не… — Договорить мальчишка не успел. Серокрылый патрульный добрался до их ниши. Его ноги застыли у небольшого лаза. Ангел наклонился и, встретился с мальчишкой лицом к лицу.
— Нашёл! — завопил патрульный, но в следующую секунду его лицо остекленело, а затем он, словно подкошенный, повалился на пол.
— Нет! — в ужасе воскликнул мальчишка. Он дёрнулся в сторону демона, но тот уже вылез из их укромного убежища. — Не надо!
Но было поздно. Прибежавший на крик первого ангел безвольной тушей осел на пол.
— Пойдём, здесь нельзя оставаться, — открывая свой портал, произнёс демон, но мальчишка не сдвинулся с места.
В нём будто что-то разом изменилось. На его лице застыла мертвенная маска, а в горящих глазах плескалась отчаянная решимость.
— Эй! — одёрнул юный демон. — Мы должны уходить!
— Я останусь здесь.
— Здесь? — Демон с недоумением уставился на него. — Тебя же поймают и… казнят!
— Значит, я это заслужил. — Голос мальчишки впервые звучал так бесцветно.
— Да что с тобой? — заволновался демон. — Ты переживаешь об этих… неощипанных курицах?
— Они мертвы… — Мальчишку трясло. — Я… моя глупость и наивность лишила их жизней!
— Ты не виноват! — возразил демон. — Мы всего лишь защищались! Если я не ударил первым, они бы сделали то же самое. И тогда сейчас здесь лежали наши тела!
Однако мальчишка его не слушал. Он будто впал в оцепенение, что-то без конца бормоча себе под нос.
— Я… позволил демону находиться в царстве светлых… Не смог остановить… Я…
— Всё не так! Я сделал всё сам, и это не царство светлых! А проклятая лаборатория! — Демон отчаянно пытался докричаться, но всё было тщетно. Мальчишка его не слышал и даже не смотрел в его сторону, продолжая самоунижения:
— Убийца должен быть наказан… Низвергнут в пучины бездны… Искупить свой грех…
Видимо, желая его встряхнуть, демон впервые подошёл к нему так близко и протянул свои руки. Но воздух между ними внезапно заискрил, а затем раздался оглушительный взрыв. Ослепительная вспышка и невероятный удар. Свод пещеры осыпался, погребая трупы умерших. Вдали завыли сирены, поднимая в небо полчища серокрылых. Демон спешно скрылся в портале, и только мальчишка остался всё так же что-то бормоча, стоять на том же самом месте у своего теперь уже заваленного костра.
Глава IV. Ветренный день. Дамиан
Дамиан:
Приблизительно двое суток спустя после попадания в лавину
Ему хотелось прочистить уши и несколько раз себя ущипнуть — как-то ведь надо было убедиться, что происходящее не бред обезумившего и не больная галлюцинация! Да и поверить в то, что он вдруг оказался в гобелене — ну что за нелепица! Разве такое вообще возможно?
— Простите, маленькая леди, я не совсем вас понял, — осторожно произнёс Дамиан.
— Маленькая леди? — с удивлением переспросила девочка и тут же обратилась к продолжающему крутиться возле неё коту: — Анцифер, ты слышал, как меня назвали?
Тот, задрав хвост, покосился на Дамиана и издал странный утробный звук. В том не слышалось тревоги или агрессии, скорее, интерес. Впрочем, и взгляд животного показался Дамиану слишком умным для простого питомца.
— Думаешь, это чья-то шутка? Тоймус опять меня дразнит? — продолжала допытываться у кота девочка.
Он снова выдал что-то непонятное: то ли сдавленное мяуканье, то ли невнятное рычание, но, похоже, малышка умела трактовать его речь. Она резко вскинулась и, уперев руки в бока, нахально обратилась к Дамиану: