– Как тебя зовут?
– Пупсик, ну ты чего? Правда забыл? Аллочка меня зовут. Но ты при всех сказал, что я твоя Мышка.
Я стоял перед окном, не глядя пытался застегнуть запонку.
– Алла, назови сумму, мы расстанемся и забудем об этом недоразумении.
– Нет, Аркаша, мне не нужны твои деньги. Мне нужен ты.
Она подошла ко мне, обвила шею руками:
– Не торопись, Пупсик. Посмотришь, ты без меня теперь спать не сможешь. Ах, как ты стонал, рычал. Я ещё не то умею, тебе понравится.
Я ошарашенно слушал откровения наглой девицы и не понимал: она серьёзно? По видимому, с её стороны – да. Она не замолкала:
– Я ведь не мешаю твоей жене, Аркадий. Зато я всегда буду рядом, стоит тебе только позвонить. Я буду ждать твоего звонка, прям глаз не спущу с телефона.
– Зачем тебе это, что ты от меня хочешь, Алла.
– Мне нужен секс с тобой, ночи, ужины, прогулки, путешествия. Ты обалденный, красивый, жаркий. Ну миленький, не прогоняй меня, я буду послушная, Пупсик.
– Что за слово такое придурковатое! Какой я тебе, на хрен, Пупсик. Чтобы больше не слышал.
– Хорошо, любимый, как скажешь. Видишь, я уже слушаюсь тебя. Так будет всегда
Одно твоё слово – для меня закон.
– Тогда сделай одолжение, исчезни.
– Конечно, смотри, уже исчезаю, – она не торопясь надела полосочку кружева (эти трусы больше открывали, чем закрывали её прелести), сверху натянула платьице цвета синего яркого сапфира.
Аккуратно села в кресло, нежным движением поправила прядь волос за ушко. Медленно, эротично заплела ремешки босоножек на щиколотках. Все её движения были пропитаны желанием привлечь взгляд, разжечь страсть.
Да, что говорить. Она или реально профи высокого класса или хищница, соискательница "Пупсиков".
Алла встала, томно погладила свои бёдра, расправив обтягивающее платье, подошла ко мне. Коснулась губами щеки:
– Ты охрененный, когда стонешь. Направляясь к дверям проронила:
– Я позвоню, любимый.
Глава 1
Глава 1
Завтрак только закончился, я сидела за столом и как на ядовитую змею смотрела на забытый телефон мужа.
Он лежал чёрной кляксой на белоснежной кружевной салфетке и просто гипнотизировал меня.
Аркадий вышел только что, вернуться мог в любую минуту, а я сидела и не отрываясь смотрела на аватарку, настырно мелькающую на экране.
Я сердцем поняла чей это портрет. Физиономия любовницы!
Пульс застучал пишущей машинкой. Надо было встать, немедленно догнать мужа, вручить ему забытый телефон и жить дальше. Для самой себя сделать вид, что я ничего не заметила и не поняла кто ему позвонил.
Отодвинуть от себя правду, настырно рвущуюся из телефона наружу и жить дальше.
Я знала, так многие живут. Подруги часто рассказывали об историях измен. Неужели эта зараза коснулась меня и отравила мою жизнь?
Если бы я догнала Аркадия, отдала ему чертов айфон, то не успела бы заглянуть в экран ещё раз. И тогда моё сердце осталось бы целым, жизнь не была поделена надвое, я снова была бы счастливой женой любимого мужа.
Только я знала, что это беда уже случилась. Отмотать назад время не получится.
Его телефон стоял на беззвучном, натужно вибрировал, просился взять, ответить. Черный, солидный глянец телефона любезно и настойчиво излучал красивое, кукольное личико с пухлыми губками.
Я медлила, оглушённая правдой. Стоило протянуть руку, схватить, смахнуть по экрану, заорать:
– Кто ты такая! Проваливай из жизни моего мужа! – глядишь, разлучница бы испугалась, исчезла.
Конечно, я струсила. Экран погас, я сглотнула, подумала: может привиделось.
Чего я сама себя накручиваю. Ну мало ли кто может мужу позвонить. Работа у Аркадия ответственная, он завязан на многих конторах. Может, это сотрудница. Красивая, холёная, наглая сотрудница?
С накаченными, призывно полуоткрытыми губами и вывалившимся бюстом? Ага, прям не сотрудница, а картинка, писанная лубочными красками: глазки синие, губки алые.
Наврать себе не удавалось.
С каких это пор у мужа в личных звонках сотрудницы. У Аркадия есть собственный секретарь, личный помощник, откуда эта наглая девка в его телефоне?
Думала, успокаивала себя, искала оправдания смазливой мордашке, сама себе не верила. Телефон снова мурлыкнул.
Спорить с самой собой последнее дело. Я так и сидела, смотрела как кролик на удава в чёрную бездну экрана.