Кто желает быть особенным, тот и в пищу желает нечто особенное. Если при этом у него имеется конкретное представление о том, как ему сделаться особенным, то возникают и конкретные запросы к еде – например, отведать соловьиного язычка. Если цель составляет его потребность, он добывает и съедает свою особенную пищу, при виде которой у других, возможно, глаза на лоб полезут. Чем сильнее желание, тем больше аппетит. Лишние калории копятся в теле ненужным балластом.
Если человек не нуждается в том особенном, чего ему хочется, возникают частые приступы отчаяния, и пищеварительный тракт реагирует подобным же образом, пытаясь вывести ненужное из тела. Так обычно реагирует пищеварительный тракт у того, кто сам не знает, чего хочет, однако хочет и все тут. Хочет чего-то особенного, а чего именно, никак не разберется.
Кто желает, чтобы жизнь была сплошным праздником, у того стол всегда ломится от яств. Всем известно, как ведет себя живот на следующий день после праздника. Живот страдает. У ребенка, родители которого желают, чтобы каждый день был праздником, живот отказывает еще в детстве. Если вывода из этого не делается и если в ребенке укореняются аналогичные желания, он не может ничего есть. Муки из-за того, что нельзя, но хочется, превращают жизнь человека в сущий ад. Жизнь сводится к проблемам питания.
Занимаясь едой, но не занимаясь собой, человек меняется, сам того не сознавая, и верх живота не может не выражать своего протеста.
Пример из жизни
У молодой женщины все в жизни идет наперекосяк. Она чувствует, что начинает сходить с ума. Размышляя о своих проблемах, она приходит к выводу, что причина заключается в отце. Проблемы собственные и отцовские кажутся ей принципиально одинаковыми, и она ощущает, что оказалась в заколдованном круге. У отца зависимость от алкоголя. У дочери зависимость от еды.
На вес женщины это пока ощутимо не повлияло, зато повлияло на кожу лица. Она выглядит гораздо старше своих лет. Это видно каждому, но никто не догадывается, каким мучениям она подвергает себя ради внешности. Она согласна, что ест не для того, чтобы питать тело, а для того, чтобы обрести душевный покой. Согласна и с тем, что душевный покой достигается работой, общением, реализацией целей, она же все это заменила едой.
Налицо настоящая зависимость. Зависимость прежде всего от внушенного ей абсолютно правильного образа мыслей, не позволяющего отступать ни на шаг от заученных истин. Если процесс работы либо реализация цели не дают душевного покоя, то по логике человек должен бы задуматься, в чем причина. Во мне или в самой идее?
Ей хорошо только тогда, когда она ест. После еды ей опять становится плохо. Стоит ей запретить себе есть, как начинаются такие мучения, что жить не хочется. Она понимает, что следовало бы заняться систематическим высвобождением стрессов, но при таких мучениях она на это не способна. Ей кажется, будто в ней сидит некое существо, которое управляет ее жизнью и вынуждает делать то, чего она сама не желает. Однажды ей даже прописали какое-то успокоительное средство, но, попринимав его несколько дней, она почувствовала, что ее словно раздирают на части две противоборствующие силы, и она выбросила лекарство из страха сойти с ума. Затем отправилась в магазин, накупила гору продуктов, смела их в один присест и успокоилась.
Она понимает, что за безумным аппетитом скрываются страхи, непомерная требовательность, тоска, паника, отвращение ко всякого рода работе, необъяснимая антипатия ко всему, но заняться всем этим нет сил. Несколько месяцев тому назад она мобилизовала все свои силы и проголодала в течение 27 дней, однако ничего не изменилось. Вернее говоря, все стало еще хуже. Никто из близких ее проблему не понимает и понимать не желает.
Вторая проблема заключается в том, что женщина не может простить свою мать, которая является для нее источником постоянных стрессов. Мать неустанно твердит, что дочь ничего не добилась в жизни. Мать способна выдавать такое, что дочь покрывается холодным потом и чувствует, что силы покидают ее. Сил хватает лишь на то, чтобы подойти к холодильнику. Походы дочери к холодильнику воспринимаются матерью как издевка. У матери такое ощущение, будто дочь хочет нарочно растолстеть ей в пику. Допустить такого мать не может, поскольку детей после развода она растила одна и все надежды возлагала именно на дочь.