Выбрать главу

Могу сказать, что высвободить эти два стресса бывает особенно трудно, если Вы часто общаетесь физически со своими косно мыслящими родителями. Если родители покинули сей мир, у них легче испрашивать прощения за то, что Вы не сумели разъяснить им духовные ценности жизни, хотя за этим и явились на свет. Духам легче прощать то, что они не вняли наставлениям. Испросить прощения у собственного тела – задача также выполнимая.

Родителей переделать невозможно, но можно сделать так, чтобы самому не стать подобным родителем. Лучший наставник – новорожденный младенец. Знайте, что во время кормления грудной младенец заглатывает в себя воздух, если мать либо иные присутствующие низводят любовь к оценивающему любованию ребенком. Либо к сокрушающему оцениванию, если ребенок родился нездоровым. Если человек замечает этого за собой, он наносит урон здоровью.

Вспомните принципиальные проблемы, о которых шла речь в предыдущей главе, связанные с недомоганиями верхней части живота, и тогда Вам будет легче понять настоящую главу.

Воздушный пузырь в желудке, который выводится наружу в виде резких звуков, если держать ребенка вертикально, вызывает в детском животике такую же режущую боль, как и ту, что причиняют детской душе материнские слова или мысли. Вам прекрасно известно, какая это напасть – детские газы. Чем больше ребенком любуются, то есть чем больше подчеркиваются хорошие качества, тем сильнее желание и в дальнейшем видеть то же самое. А поскольку жизнь следует по синусоиде, то абсолютно то же самое не может повториться никогда. Если этого тем не менее желать, останавливается качественное развитие жизни. Чем сильнее сокрушаются у постели больного ребенка, тем нереальнее подъем его жизненной синусоиды.

Бывают больные от рождения дети, которые не терпят притворного веселья, чрезмерных нежностей и умиленного сюсюканья. Высвободите свой оптимизм и будьте нормальными. Поймите, что Ваш ребенок предпочитает оптимизму пессимизм. А более всего ему подходит спокойная серьезность. Врожденная патология выражает собой кармический долг, который возник в предыдущей жизни как следствие того, что человек желал чрезмерно хорошего. Теперь он явился познать откровенно плохое. Помогите ему своей честностью, не скрывайте плохого. Поверьте, плохого в Вас не более чем на 49 %. В количественном смысле все мы в этом отношении одинаковы. Осознав это, Вы станете человеком, учитывающим обстоятельства и приспосабливающимся к ним, и у Вас разовьется удивительная находчивость, с которой Вы поможете ребенку приспособиться к жизни.

У каждого человека есть нечто, являющееся для него святым. Святыня, которая превозносится, кажется великой и прекрасной, и честь превозносить ее обычно выпадает на долю сильных мира сего. Разговор пойдет не о ней. Я говорю об истинной святости, которая настолько личная для каждого человека, что о ней никогда не говорят. Для выражения святости нет слов. Священное чувство может превратить любого маленького человека в святого, если он верит в свою святость и не боится того, что она может померкнуть, сойти на нет или разрушиться. Подобный уравновешенный человек держит свою святыню при себе, ибо знает, что ни к чему провоцировать корыстолюбие окружающих.

Поскольку большинство испуганных людей своим страхом провоцирует окружающих осквернять их собственную святыню, то так и происходит. Иной раз злонамеренно, а чаще без всякого злого умысла. Если стресс не снят, то чем больше человек желает, чтобы его святыню признавали таковой, тем больше оскорблений ему приходится сносить. В ком нет святости, тот моментально становится грешником.

Кто считает святым воскресенье, тому нет дела до того, что могут посчитать ленивым. Занимаясь в святой день проблемами души больше обычного, человек очищается от того, что другие считают виной. Святой день не обязательно должен быть воскресеньем. У каждого может быть свой святой день, святое деяние, святыня, вызывающая трепетное благословение. Если мы именуем нечто святым, например, семью, и вместе с тем стремимся вырваться от семьи, чтобы отдохнуть, то мы заблуждаемся. Хотим считать семью святыней, однако не считаем, и потому семья утомляет. Отрываем от семьи святой день – воскресенье, чтобы поработать и почувствовать себя счастливым, но не становитмся счастливыми. Слишком много работы истребляет святость. Вообще всякая чрезмерность губит святость.