Если бы кто-то поставил этого человека заведовать складом, он стал бы завскладом, который в спешке ищет, где лежит нужная вещь. Пролистывал бы накладные либо засел за компьютер и все чаще приходил бы к выводу, дескать, чувство подсказывает, что товар есть, а бумага утверждает, что его нет. Следовательно, его и нет. Искомый материал залеживается на складе и потихоньку превращается в рухлядь. Покуда знание говорит, что этого материала нет, он превращается во все более растущую кучу хлама за счет другого материала, который также не существует на бумаге. В один прекрасный день завскладом, который гордился своим титулом, становится стыдно за нагромождение хлама, из-за которого не оказалось места для товара поновее. Человек, который не принимает ничего нового, утрачивает даже видимость созидателя – человека, который растет и развивается. Если он тем не менее продолжает гордиться собой, в нем просыпаются душевные терзания, и ему все чаще приходится испытывать минуты неловкости перед окружающими. Если он испытывает стыд, то зарабатывает хроническую болезнь, которая не отступит, прежде чем он не научится относиться к своему стыду иначе.
Человек, который сам себя не понимает, полагает, что люди таковы, какими он их воспринимает. Так проявляется женская энергия, имеющаяся в каждом человеке, независимо от пола. О половой роли я рассказывала во всех предыдущих книгах, но до сих пор приходится сталкиваться с женщинами и мужчинами, которые борются за женское равноправие, не сознавая того, что женщина и мужчина не могут быть равноправными. Право – это ценность материальная. На материальном уровне женщина – это только женщина, а мужчина – только мужчина. Если бы мы задумались, то осознали бы, что наше желание быть хорошими людьми являет собой стремление сделать женщин и мужчин равноправными. Т. е. людьми усредненного пола.Мужчина и женщина равноправны как люди. С точки зрения прав и обязанностей они отличаются друг от друга. Природа создала их противоположностями, которые соединяются в целое, соответственно своей потребности развиваться в человеческом отношении. У обоих человеческие потребности одинаковы.
Женщина, умеющая быть просто человеком и женщиной, умеет себя любить. Это значит любить человека и людей. Ее душа открыта нараспашку, чтобы отдавать самой и принимать даруемое, чтобы любить и быть любимой. Рядом с такой женщиной мужчина имеет возможность быть настоящим мужчиной, любящим и любимым. Таков союз мужчины и женщины – простой, естественный, без выдвижения условий – основывающийся на чистой любви.
Женщина, желающая быть хорошей женой, хочет, чтобы муж ее любил. Чем лучшего она мнения о себе, тем больше буквально настаивает на том, чтобы муж стал еще лучше. Это значит – она заставляет мужа себя любить. Муж, обязанный любить, автоматически становится хоть немного, но агрессивнее. А там все больше и больше. Он овладевает телом жены, но не в состоянии открыть дверцу ее души. Сделать это под силу лишь самой жене. Подобный секс с каждым разом становится для обоих неприятнее. Ощущение беспомощности из-за невозможности любить и заставить партнера любить себя рождает обоюдное отчаяние, гнев, озлобленность, ненависть, стыд, желание отомстить.
Если муж не желает становиться насильником, он уходит из семьи, чтобы найти женщину, душа которой распахнута навстречу его любви. Мужчина, чьи отношения с матерью были прохладными и который постоянно испытывает дефицит любви и ласки со стороны жены, перестает со временем ценить красоту и ум жены. Жизненная потребность в любви гонит его на поиски Женщины. Просто женщины, с которой хорошо и свободно, которой отдаешь то, что имеешь, и которая не требует доказательств твоей любви. Когда именно он найдет такую женщину, перебегая от одной к другой и от нее к третьей, и как он ее распознает, речь сейчас не об этом. Зачастую он так ее и не находит – ведь для того, чтобы ее распознать, нужно задержаться в ее постели несколько дольше, чем просто для совокупления, тогда как мужчина, опасающийся требовательности женщин, не смеет задерживаться дольше.
Если мужчина желает любить только эту женщину, свою жену, он не станет искать другую. Если же наступает предел, он проходит в ту дверь, что всегда любовно открыта для человека, – дверь Смерти.