Оба замолчали, внезапно погрузившись в нечто муторное, печальное и их ясный день потускнел. Женщина посмотрела в сторону, увидев продавщицу лотка с мороженым, которая смачно затянула сигарету, спрятавшись на перекур под каштаном. Пальцы дежурной по прощению сами собой машинально потянулись к лицу. Привычно, указательный и средний почти дотронулись до губ и вдох получился долгий, сладкий, жадный до памятного вкуса. А мужчина посмотрел в другую строну – на край мусорного бака за площадкой кафе. На разбитую бутылку из-под водки – гуляют здесь в ночь, кутят и посуду бьют вместе с физиями. Пальцы дежурного по прощению сами собой зажали кружку плотнее. Привычно махнул жидкость в себя, залпом, зажмурившись и задохнувшись от ожидания горького и огненного.
***
Парень стоял у барной стойки, смотрел на посетителей и продолжал холодеть, слыша каждое их слово. Он выронил блокнот и карандаш, зябко тер локти и поверить не мог…
— Тигр, ты чего? Что случилось?
Девушка не прошла мимо, сразу заметив неладное. Благо, столики пустуют, а администратор ушла на обед. Он улыбнулся и чуть расслабился – Рита в первый же день знакомства обозвала его тигром за белые полосы шрамов на загорелой коже. От запястий до самых плечей: продольные – битые бутылки, точечные – тлеющие сигареты… И все же он улыбнулся. Его Рита так нежно коснулась ладони, и так чутко, с теплотой, заглянула глаза в глаза, что он стал смотреть только в них. Отогреваясь и оттаивая заново.
Девушка оказалась более, чем чуткой. Заметив, что Тигр нервно жмет локти, потирая самые крупные шрамы, причину поняла ясно. Спросила шепотом:
— Родителей вспомнил? Родной, милый, они ведь много лет как…
— Я давно простил их, ты знаешь. Это память тела иногда… эхо. Рита. — Он сменил тон. — Риточка-ниточка, а когда последний раз я говорил, что люблю тебя?
— Утром. Нахалюга! Я тоже тебя люблю.
Она игриво качнулась на пятках и чмокнула в щеку.
***
Дежурные сморгнули минутный морок. Улыбнулись друг другу и потянулись к жетонам.
— Хватит отдыхать. Мальчики направо, девочки налево! В конце смены встречаемся у причала, как обычно.
— Вечно напоминаешь!
Настроение не просто развеялось, а будто даже приподнялось на уровень счастья. Женщина ушла в сторону пирса, пританцовывая, а мужчина остановился на краю площадки, оглядывая прохожих, и, посмеиваясь, театрально замахал руками:
— Прощаю! Я всех прощаю!
Конец