- Откуда? - я удивлённо смотрю на него.
- Я связался с этой газетой и представился старым другом семьи, который услышал об этом горе и решил навестить несчастную Мишель, но не знал её адреса.
- И они так просто тебе поверили? - мне не верится в это. - А их не смутило, что друг семьи даже не знает, где она проживает.
- Я сказал, что я очень старый друг семьи и, когда они переехали, потерял с ними связь. К тому же, - он поворачивается ко мне, - я умею быть убедительным.
- Скорее всего раздражительным, - парирую я, возвращая телефон.
- Кто бы говорил, - небрежно бросает он.
Оставшуюся путь я думаю о бармене. Нам придётся узнать что это за человек и осторожно расспросить сотрудников клуба. К счастью, у нас есть одно преимущество - Ви видела нападавшего, хоть тогда было темно и ей особо не удалось его рассмотреть. Надеюсь, у неё получится опознать его или хотя бы сказать, что это наверняка не он. Если появятся какие-то серьёзные улики и мы будем уверены, что бармен - тот кто нам нужен, нам придётся сообщить об этом полиции, то есть отцу в первую очередь. Я даже не представляю, как ему потом всё буду объяснять. Этого момента боюсь больше всего. В любом случаи это будет не просто. Но одно я знаю точно - больше не собираюсь снова позволять ему поднимать на меня руку или морально раздавливать моё мнение. И пусть он придёт в бешенство, но я не уступлю ему, не позволю подчинить себя и навязать свои мысли.
В клуб нас пускают без проблем. Мы сразу направляемся к бару, осматривая всё вокруг. Громкая музыка, толпа танцующих людей, ослепительный вспышки света, запах алкоголя и пота, сидящие за столиком компании, попивающие разные напитки - вообщем ничего особенного.
- Гениальная идея - прийти к маньяку-насильнику, словно ты только что из стрип-клуба вышла, - перекрикивает музыку Расс, пробираясь вместе со мной сквозь потную толпу любителей танцев.
Я снова оглядываю свою одежду: массивные ботинки, чёрные штаны, идеально обтягивающие ноги и красный топ. Его я купила ещё год назад и с тех пор ни разу не одевала, потому что люблю более практичные вещи. Светить сбитыми коленями мне не хотелось, но и приходить в водолазке было б глупо, поэтому решила оставить верх открытым. Видимо Рассу не нравится, что он оголяет весь живот и плечи.
- Ну не могла же я прийти в сюда как монашка. Это вызвало б ненужное внимание, - объясняю свой выбор, поправляя распущенные волосы.
Мы наконец-то выбираемся с танцпола и садимся за барную стойку. Я оглядываю хмурого Расса, сосредоточено изучающего двух барменов.
- Ты хотя бы улыбнись, - советую я, наклонившись к его уху. - От тебя напряжением так и веет. Сделай вид, будто ты реально пришёл в клуб, а не на экзамен по вождению.
Он резко поворачивается ко мне и наши лица становятся в опасной близости друг к другу. Носы едва соприкасаются, а дыхания сливаются воедино. Пару дней назад я б сразу же отстранилась, посчитав это чем-то неправильным, но вчера я поняла, что жизнь слишком коротка, чтобы беспокоиться о правилах приличия и чьих-то предубеждениях. Нужно быть собой и поступать так, как ты на самом деле хочешь. Поэтому не отстраняюсь - для меня в этом нет потребности. Если он захочет, сам это сделает.
- Тот слева, - Расс кивает в сторону двух барменов, сжимая челюсть.
Перевожу на них. Один рыжий с едва заметной щетиной, второй высокий шатен. Прищурившись, мне удаётся разглядеть маленькое серебряное колечко у него во рту. Парень выдаёт напиток двум девицам в мини-юбках, а рыжий тем временем подходит к нам.
- Чего вам? Что-то лёгкое или покрепче? - улыбаясь, интересуется он.
- Лёгкое, - отвечаю я, постукивая пальцами по барной стойке.
- Есть какие-то предпочтения? - уточняет бородач.
- На ваше усмотрение, - я вежливо улыбаюсь ему.
Расс так и продолжает сверлить взглядом нашего подозреваемого. Вот как раз за это я переживала. Он сам по себе вспыльчивый, а уж когда дело касается Ви, ему вообще крышу сносит. Представляю, что сейчас творится в его голове, когда предполагаемый насильник находится в паре метрах от него. Главное, чтобы он сдержался и не наделал глупостей, а всё остальное я возьму на себя. И начну с рыжего.
- У меня к тебе есть одно очень личное дело, - говорю я, всем телом наклоняясь на барную стойку, чтобы меня лучше было слышно. - Только пусть это останется между нами.
Бородач бросает на меня любопытный взгляд, затем продолжает готовить нам напитки.
- Я бармен. Хранить чужие секреты это мой долг, - он поднимает голову и подмигивает мне.