А ведь действительно. Возможно, что она уже покинула город вместе с отцом и другими духами. Даже как-то жалко… Печально… И странно от того, что кто-то чужой за столь короткий срок стал близким. Я говорю это, смотря на грустное лицо Марты, рисунки которой приобрели более мрачные краски, как и весь наш чёртов мир. Раньше, пусть и условия нашей человечьей жизни мало изменились в плане дома, эти картинки были ярче, из них светилась жизнь – девочка рисовала леса, животных, птиц… Рисовала всё то, чего толком не видела, но претворяла на листе рассказы Кары. А Кара рассказывала и показывала всё то, что ей рассказывали и показывали её наставники.
Через пару недель после полнолуния я уже был уверен, что Кара ушла, но она жива – барьер работал днём и ночью. Что же, возможно, так будет лучше… Чёрт! Нет! Ни черта не лучше! Айзек! Возьми себя в руки! Раскис, как тряпка! Ты же всегда не переносил духов, а теперь что? Ты начал жалеть их? Да, пожалуй, что жалею… Скажу ещё раз – я ведь не камень. Лишний раз кого-то мучить я не испытываю желания, хотя и показать неприязнь я рад… Да, две крайности, но вот такой я человек.
И вот, я уже собирался на ночь запереть двери и проверить камни Кары, как Юджин, грубо оттолкнув меня в стену, вылетел на улицу. Поняв, что происходит, я поспешил за ним. В паре сотне метров от дома, еле перебирая ногами, плелась Кара, поддерживая какого-то мужчину. Дух, едва заметив нас, будто утратила последние силы и упала на грубые камни, а вместе с ней и её «груз» прямо на неё.
Оба они выглядели ужасно. Кожа была зелёно-серая, белки глаз пожелтели, а из уголков рта, из носа, ушей и глаз понемногу сочилась кровь. Оказывается, кровь у духов такая же, как у людей – красная. Я, взвалив на спину неизвестного духа и стараясь не касаться его кожи, потащил его в дом – так же поступил и Юджин по отношению к Каре. И, пока я нёс этого духа, я заметил, что из их кожи сочилась какая-то прозрачная слизь, а потому я поспешил занести его в дом.
Там мы положили их около двери, сопровождаемые испуганными вскриками Марты. Я бы тоже испугался, если бы не сам принёс такое в свой дом. Но, мне кажется, едва они оказались в барьере силы, эта мерзкая слизь перестала сочиться, а цвет кожи постепенно становился более нормальным, а не похожим на старую плесень.
- Так выглядят отравленные духи? – предположила Марта, решив накрыть духов старым пледом, хотя она прекрасно знала, что им плевать на температуру, а потом стала стирать с помощью воды и тряпки кровь с лиц духов.
- Возможно, - Юджин пожал плечами и стал рассматривать гостей. – Очнутся – спросим, что же случилось?
Но я, в теории, представлял, что именно произошло, однако, мне не хотелось верить в это. Неужели, трупы смогли напасть на них во время их некоего анабиоза? Страшно, если это так. Сразу по ту сторону глаз предстаёт картина, как в дома духов подкинули какое-то горящее полено, а от него загорелось всё. Духи же в спячке и никак не смогли бы на это отреагировать… Я надеюсь, что я ошибаюсь, но как она с грузом в виде взрослого мужчины смогла пересечь город, полный мертвяков? Это тоже очень интересный вопрос, на который я хотел бы знать ответ.
Дня два оба лежали без движений и признаков жизни – ни дыхания, ни движений глаз, ни даже рефлекторных подёргиваний не было. Просто два тела-бревна, лежащих посреди дома, как предмет мебели. Первым в себя пришёл мужчина, начав откашливать кровь на пол и часто громко дышать. Мы втроём наблюдали за этим, но я всё равно держал рядом с собой пистолет – кто знает, что с ними произошло и на что они теперь способны.
- Как вы? – поинтересовался Юджин, пряча за спиной Марту, которая так или иначе выглядывала из своего «укрытия».
Он молчал. Сел и посмотрел в сторону Кары, которая пока не приходила в чувства. Сначала он плотно сжал губы, покачал головой, будто отметая какие-то свои мысли или что-то отрицая, а потом всё же посмотрел на нас:
- Вы кто?
- Меня зовут Айзек, - я, сидевший до этого на полу с опорой на стену, поднялся и подошёл ближе, игнорируя то, что гость не ответил на поставленный ему вопрос. – Это – Юджин и Марта. Мы люди, и вы в нашем доме.
Такую гамму отрицательных эмоций в свою сторону я не видел давно. Смесь синонимов отвращения и ненависти обратилась в нашу с друзьями сторону, а потом и на Кару. На неё он даже с ещё большей ненавистью смотрел, чем на нас, будто она виновата во всех его бедах. Разве так смотрят на того, кто спас твою шкуру? Мне кажется, что нет… Хотя, если говорить предельно откровенно, с моей стороны эти праведные мысли несколько лицемерны… Да, всё познаётся в сравнении. Даже с самим собой.