- А разве трупам для жизни ничего не нужно? – хоть я и была благодарна новому знакомцу, но из-за его признания я всё же немного отодвинулась.
- Да, по сути, нет. Они же трупы, хотя порой и нападают из-за голода, но к ним он приходит только тогда, когда они уже не могут себя сдерживать. Как раз в полнолуния. А попробовав один раз плоть, то они уже не могут от неё отказаться. Я им стал после того, как захотел наложить на себя руки буквально на второй неделе заключения, ведь любые дурные деяния портят нас. И с тех пор, как меня сюда бросили, ко мне никто не приходил…
- А как вообще ты тут оказался?
- Тоже печальная история… - Кай шмыгнул носом и выдохнул. – В начале нового летоисчисления велась активная охота на людей, что мне очень не нравилось. Я пытался высказаться против, но Первородным и другим из Первого Ранга не было до меня дела – я воспринимался как юнец, на которого не возлагали больших надежд. Тогда я сделал то, за что и получил изгнание – я перенёс большинство людей за океан, где духов не так много. Хотел, как лучше, но сделал хуже всем… Людей убили, а меня отправили в Пустошь.
- Неужели были тогда настолько жестокие времена? – этот вопрос был скорее риторическим, но Кай снова произнёс «угу». - Тогда я не удивлена, почему трупы хотели смерти всем духам… Страшные грехи наших предков на нас…
- Не совсем… - неожиданно произнёс он. – Люди тоже отличились. Ещё до Чёрной Битвы. Скорее, поступки людей были предпосылкой… Как только они находили что-то невероятное, необъяснимое, то сразу брались изучать, не принимая ничего на веру… Подобное свойственно редким людям. Почему этот мальчик может двигать предметы взглядом? А почему эта девочка может заставить новую лампочку лопнуть, хотя к ней не подведено электричество, а сама малышка в метре от неё? Таких примеров много. Эти дети, подростки, взрослые… Они были духами, но на них ставили опыты… А сможет ли этот мальчик выбраться из ста литров воды, пускай даже ему три, и он не умеет плавать? А выживет ли эта девочка, если через неё пропустить ток? Такие опыты тайно спонсировались, но официально порицались. И так было всегда. И есть до сих пор, как мне кажется, ведь люди не оставят надежд вернуть себе этот мир. И будет длиться эта война до тех пор, пока две могущественные, каждые в своём роде, расы не уничтожат друг друга.
Я рыдала. Я не могла поверить, что тот мир, в котором я прожила свою жизнь, построен на такой почве. Почве, что пропитана кровью людей и духов. Я понимала, что надо с этим завязывать, но что сделает девчонка? Такой слабой я не чувствовала себя даже полчаса назад, когда думала, что не смогу выбраться отсюда и спасти друзей. Живое воображение предоставило мне всё, что рассказал мне Кай, в картинках. Но, что удивительно, слёзы быстро высохли, а на место отчаянию пришла сжигающая ярость. Я резко поднялась на ноги и стала ходить по комнате, ища решётки или дверь. В конечном итоге я нашла нечто похожее на дверь – камень, что был холоднее стен и был гладким.
- Духи гораздо сильнее людей физически, - сказала я, смотря в два зелёных огня в центре комнаты. – В Пустоши пропадает магическая сила и уже потом физическая, а потому нам давно пора выбираться! Как я сразу это не поняла?!
Прицелившись, если так это можно назвать, в примерный центр камня, я со всей силы ударила по нему ногой. Он не рухнул, но был звук явно немаленькой трещины. Следующий удар я нанесла с правой руки. И только после этого ход открылся, и мы с Каем увидели свет.
О Кае, которого я разглядела теперь – измученный и бледный, в пыльной одежде и волосами неопределённого цвета из-за насевшей на них пыли. Было сложно сказать что-то о его внешности – снова пыль древности мешала, но, думаю, это и не важно. Одно ясно точно – Кай, по возрасту, лет на семь-десять старше Айзека. Речь уже о внешнем возрасте, хотя истинный не идёт ни в какое сравнение.
- Идём. Мне нужно вернуть оникс и спасти друзей!
- Уверен, что ты и без него справишься, - посмеялся Кай, поднимаясь на ноги. – Давно я не устраивал мордобой. Один бы не решился.
- Да уж, - посмеялась я, выбегая в коридор.
Но, далеко мы с Каем не убежали. Шум крошащегося камня привлёк многочисленную охрану этого треклятого муравейника, настроенную ну очень сильно враждебно. Около двадцати духов, а может и больше, приготовивших силовые сферы.
- Да ладно… - протянул кто-то из них, вводя меня в ступор своим знакомым голос. – Может без этого?
- Ну можно, - подыграла я, вводя в ступор уже охрану и ища знакомое лицо. – Или как обычно?