Глава 8
Дни сменяют друг друга. Дежавю не проходит, временами даже усиливается, и самое странное — оно теперь постоянно. Я будто живу в прошлом, вновь и вновь ощущая уже испытанные эмоции. В остальном всё отлично. Мы часто видимся с Богданом: ходим в кафе, в клуб, гуляем по паркам, катаемся по городу. Мои переживания по поводу поцелуев не оправдываются — и все последующие тоже «ничего». Только я всё ещё не испытываю тех ощущений, на которые начиталась. Я не млею, не кричу от восторга, и дыхание не перехватывает. Каждый раз мне приходится убеждать себя: поцелуи — не главное, главное — мои чувства взаимны и Богдану нравится быть со мной. Я вижу, как он смотрит, как берёт за руку, и иногда, когда мы остаёмся наедине, шепчет, что хочет меня. От этих слов моё сердце буквально вырывается из груди. Я… тоже хочу его. Хочу и боюсь, ведь у меня ещё никого не было. Я мечтаю о первом разе, который должен быть особенным, запоминающимся, таким, чтобы искры сыпались из глаз. Сказать об этом Соколову не решаюсь — вдруг это его спугнёт. Ведь у меня совершенно нет опыта. Только теория: из фильмов и рассказов подруг. Оставаясь с ним вдвоём, мы целуемся, и во время поцелуя он запускает руку мне под кофту и гладит грудь. В эти моменты я превращаюсь в напряжённый клубок. Ничего не могу с этим поделать. Слава богу, Богдан настолько увлечён, что не замечает моего состояния.
Однажды я рассказала об этом Ульяне, наконец-то вернувшейся в общагу от родителей. Выслушав меня внимательно, подруга выносит свой вердикт: — Ты не должна напрягаться. Ты вообще не должна об этом думать в этот момент. — Значит, со мной что-то не так, — разочарованно отвечаю я. — Нет, это с ним что-то не так. Я стою на своём, уверенная: проблема во мне.
Пары в магистратуре отличаются от расписания на специалитете, и Богдану нужно ходить на занятия всего несколько дней в неделю. Когда он в универе, мы обедаем вместе или иногда в компании его друзей. В остальное время — всегда на связи. Я боялась, что скоро ему надоем, но нет. Он сам всегда пишет первым. Мы встречаемся вот уже две недели. Вернувшись от родителей, Богдан признался, что очень скучал по мне и хочет, чтобы мы теперь официально были вместе. Что касается Кирилла, я его больше не видела.
— Давай купим тебе что-нибудь, — предлагает Богдан. Мы гуляем по торговому центру, держась за руки. — Ты ведь знаешь, мне ничего не нужно. — Знаю, поэтому хочу сделать тебе приятное. В итоге Богдан уговаривает меня примерить облегающее короткое платье с открытой спиной. — Выглядишь очень сексуально, — шепчет он мне на ухо в примерочной. По телу пробегает дрожь. — Останься сегодня у меня. — Остаться у тебя? — повторяю я, и сердце уходит в пятки. — На ночь? Я ещё ни разу не была у него дома. — Не только на ночь, — поцелуй в шею заставляет моё тело покрыться нервными мурашками. Он проводит губами короткую дорожку до подбородка, находит мои губы и впивается в них, словно голодный волк. — Хочу тебя, — прерывается на долю секунды. — Хочу тебя всю. — Богдан, — прерываю поцелуй я. — Я должна тебе кое-что сказать. — Да, — мурлычет он, обвив руками мою талию. — У меня ещё никогда никого не было, — на одном дыхании тараторю я. На его лице сначала появляется непонимание, затем удивление и… осознание. — Люблю тебя, малыш. Обещаю, свой первый раз ты никогда не забудешь, — снова целует в губы, проникая в рот языком. На этот раз я чувствую ноющую боль внизу живота. Он любит… меня.
В этот день в общагу я не еду. Пишу сообщение Оксе, чтобы она не ждала меня сегодня, так как я останусь на ночь у Соколова. Намёк подруга принимает, потому что тут же отвечает: «Сегодня кое-кто наконец распрощается с девственностью! Жду всех подробностей!»
У Богдана двухуровневая просторная квартира. На первом этаже — гостиная, совмещённая с кухней. На втором — спальня с огромной двуспальной кроватью. — Чувствуй себя как дома, — говорит Соколов. — Я заказал суши. Надеюсь, ты не против? Стоит мне переступить порог его квартиры, как начинается мандраж. Что? Суши? Всё равно. При таких обстоятельствах я не смогу съесть и кусочка. Во-первых, очень нервничаю. Во-вторых, терпеть не могу рыбу. — Хорошо, — быстро соглашаюсь я. — Расслабься, — обнимает меня сзади. Проводит рукой по волосам, по изгибу тела. Я должна расслабиться и довериться ему. Богдан любит меня!
Богдан резко разворачивает меня к себе, жадно впивается в губы. Не успеваю оглянуться, как одежда летит в разные стороны. Я остаюсь абсолютно голой, Соколов же — в одних боксерах. Ошарашенная, прикрываюсь руками. — Малыш, ты просто великолепна! Хочу посмотреть на тебя. Стыдливо убираю руки. Богдан удовлетворённо улыбается. Затем подходит, берёт моё лицо в свои ладони. — Я люблю тебя, — целует сначала нежно. Никуда не торопится, наблюдает за моей реакцией. Такие прикосновения мне нравятся, я наконец расслабляюсь, позволяя своему сердцу улететь навстречу настоящему чувству. — Я люблю тебя, — улыбаясь, отвечаю я.