К моему удивлению, дверь в квартиру была приоткрыта. Естественно, с такой охраной внизу можно не беспокоиться: полицейский пост, охраняемое КПП, камеры на каждом шагу.
Дверь сразу поддалась. Я сняла пиджак, туфли, на цыпочках подошла к лестнице и услышала странные звуки. Замерев, ощутила нарастающее сердцебиение, сопровождаемое нехорошим предчувствием.
«Успокойся, Диана! Тебе всего лишь показалось!»
Действительно, я не слышала больше никаких звуков. Но стоило мне пройти две ступеньки, как все стало более чем понятно. Мужской и женский голос. Их было двое. Они говорили невнятно, приглушенно с игривой интонацией. Я замерла, чувствуя ледяной холод, пробежавший по спине.
- Ди - моя подруга. Если она узнает… - женский голос был очень знаком…
Нет… Я не могла поверить своим ушам…
- Она не узнает. Это будет нашим маленьким секретом, - его и ее смех, тихие стоны, томные вздохи. - Не говори, что я тебе не нравлюсь. Я же вижу, ты сама хочешь. Признайся.
Наступила неестественная тишина, но и дураку было ясно, чем они занимались. Далее я смутно помнила происходящее. Не поняла, как оказалась наверху, превратившись в невольного зрителя картины, на которую не покупала билет.
Черно-белое кино, где главные роли – любимые люди.
Двуспальная кровать. Она, моя лучшая подруга Оксана Агафонова, которая на протяжении восьми лет была одним из самых близких мне людей, моя поддержка и опора, моя крутая Окса, лежала в одном нижнем белье в нашей с Богданом кровати. Он, мой идеальный парень, которого я любила с первого курса и который весной признался мне в своих чувствах, целовал другую. Каждое их движение сквозило страстью. Для них не было преград и существовали лишь они вдвоем.
Немая сцена длилась несколько минут. Я не могла пошевелиться, сказать хоть слово или издать звук. Тело будто одеревенело и перестало слушать мозг. А сердце… оно куда-то ухнуло вниз. Ни красок, ни эмоций, только медленная, разрывающая изнутри боль. Первой меня заметила Окса, округлила глаза, вскрикнула. В полных глазах ужаса читалась паника, ведь в этот момент я была последним человеком на земле, которого она ожидала увидеть.
«За что?»- одними губами прошептала я.
Она молчала…
Богдан, до этого слишком увлеченный процессом, остановился.
- Малыш, ты чего? – прошептал он ей на ухо. Она не двигалась. Проследив за ее взглядом, обернулся, слегка удивился, разозлился.
«Малыш. Малыш. Малыш»- он всегда называл меня так.
- Диана, ты рано, — твердо констатировал он факт. Перекатился на спину, и сразу сел в кровати. – Ты же сказала вернешься только завтра.
- Хотела сделать сюрприз, - не узнала я свой собственный голос.
- Удался сюрприз, - зло усмехнулся. Выглядел он не очень: помятый, небритый. Он был в одних боксерах и явно возбужден. – Что ж, ты сама во всем виновата.
- Я?! – чуть не задохнулась от возмущения.
- Да. У тебя день рождения. Пообещала вернуться еще утром. С твоей подружкой мы встретились случайно. Выпили за твое здоровье. Я очень скучал по тебе. Если бы ты не уехала, ничего бы не произошло.
Оксана продолжала молчать, что было для нее несвойственно.
Богдан встал с кровати, подошел ко мне, протянул руки, чтобы… обнять. Я сделала шаг назад.
- Прекрати, иди ко мне.
- Спасибо за подарок, - с трудом выдавила я, понимая, что не могу здесь больше оставаться. - Вам обоим.
Я бежала быстро, сначала вниз по лестнице в квартире, затем вниз по лестнице все шесть этажей, а мысли… они догоняли, больно врезаясь в память.
Что-то мокрое скатилось по щекам. Во рту появился солоноватый привкус.
- Больно! – закричала я.
Пустынный парк, усыпанный желтой листвой, вечером имел устрашающий вид. Некогда живые листья, радовавшие своим мягким шелестом, теперь бесполезным грузом валялись вдоль неухоженных дорожек и напоминали руины моей души. Под ногами хрустели теперь уже мертвые листья, дул пронзительный ветер, осушая слезы на щеках. А картина предательства намертво вгрызалась в память. Поток мыслей, несправедливость, уничтожающая боль изнутри. Хотелось кричать, схватить предателей за плечи, потрясти и выкрикнуть:«За что?!»Что я сделала не так? Если бы мне кто-то сказал, что видел их вместе, ни за что не поверила бы! Плюнула бы в лицо!
Ненавижу осень! Ржавую, мерзкую, отвратительную! Ненавижу!
Никто не кинулся за мной, никто не окликнул. Я была одна. Перед глазами - они. Я не верила, не хотела. Такое невозможно, ведь я доверяла, ведь я любила. Они не могли так поступить со мной! Кого винить? Себя? А может на самом деле виновата я? Я не доглядела, не проявила бдительность, уехала и оставила. А Окса просто добрая. Что он сказал? Встретились случайно, составила компанию, когда Богдан скучал по мне? Они думали обо мне, выпив за мое здоровье. Если бы не мой проклятый день рождения, они бы не встретились. Больное осознание разрывало меня на куски. Ответ ясен, это я виновата во всем! Воспоминания переместились в самое начало: наше знакомство, поцелуй, первая близость, его признание в любви, которое я так долго ждала.