Рита вновь отвела взгляд, раздумывая над тем, быть ли полностью откровенной перед этим парнем. Она понимала, что его рассказ, признание, которое он озвучил, далось нелегко, но девушка не была готова к подобному поступку. Как и Коди, она предполагала совершенно другой разговор. Она смогла довериться Коди, как авантюристу, не сомневалась в нём на заданиях, но для всего остального ей нужно было намного больше времени. Она ничего не рассказывала о себе даже Шарлотте и рассказать всё сейчас оказалось выше её сил.
— Почему ты так говоришь? Всё произошедшее вина проклятия. Если бы не оно, пять «Волков» никогда бы не дрались с тридцатью боевиками. Рядом со мной не может быть безопасно. Я в любой момент могу лишиться воспоминаний о вас, и вы станете для меня просто обычными незнакомцами. Ваша судьба перестанет меня волновать. Я не контролирую это!
— Коди, как часто Метка активировалась на наших заданиях?
— В каждом втором походе. Чаще в подземелье, когда получал ранения.
— Что ты делал, когда активировалась метка?
Коди неожиданно замер, начиная потихоньку осознавать к чему ведёт Маргарита. Парень этого не заметил, но за полгода жизни в Еврантире кое-что изменилось. Радикально изменилось. То, что было невозможно представить тогда, в деревне Ренви, сейчас давно стало реальностью. Коди знал к чему может привести слепое следование указаниям Метки, а потому каждая её активация — сигнал тревоги. Если она активна, значит дела плохи и нужно быть предельно осторожным и аккуратным.
Раньше он всегда рвался вперёд, ведь ему ничего не грозит, теперь же, когда проявляется проклятие, Коди действует прямо противоположно. «Остановиться, оглядеться и предпринять всё для защиты». Нерушимое негласное правило, которому он следовал при каждой потере контроля над своим сознанием. Коди не заставлял себя соблюдать инструкцию, но уже давно неукоснительно следовал ей, не видя даже возможности действовать как-то по-другому.
— Я отступал и сосредотачивался на твоей защите.
— И ты поступал так всегда, Коди. Первое время, меня это пугало. Ты мог драться где-то передо мной, сдерживать или уничтожать врагов, но потом резко возвращался ко мне с пустым взглядом и никого ко мне не подпускал. Когда ты первый раз так сделал, я сильно испугалась. Думала ты сейчас атакуешь меня, но уже на следующий раз я поняла, что так ты пытаешься защитить. И у тебя это великолепно получалось. За всё время с тобой я ничего серьёзней ссадины не получала, не говоря о каких-то ранениях или укусах. Моя единственная травма и та была получена в день нашей первой встречи. Тогда я сама отказалась от твоей помощи, но ты всё равно помог. Раньше, мне регулярно приходилось отдавать магический комплект на ремонт, а сейчас мастер присылает ко мне подмастерье, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке.
— Это ведь не про меня…
— Но другого тебя я просто не знаю. Как и не знаю авантюриста, который так самоотверженно меня защищал бы. Твой рассказ… Я понимаю, что это твоё прошлое и твои слова правдивые, но мне тяжело смотреть на всё так, как ты озвучиваешь. Для меня ситуация выглядит совершенно по-другому. В том бою были спасены сотни жизней. Никто не знает, что произошло бы, если бы ты не сделал то, что сделал. Случился бы хоть когда-нибудь «Пожар в особняке»? Нашли бы «Драконы» десятки подземелий по всему миру? Да, я смогла узнать даже об этом. — Взгляд Риты на миг помрачнел. Способ получения информации её явно не радовал. Было видно, что она бы предпочла больше никогда не прибегать к нему.
— Ты сомневаешься и, как любой другой, боишься потерять напарников, боишься ошибиться. Это признаки самого обычного человека, Коди. Не бездушной машины, как ты себя описываешь. Знаешь, первое, чему меня научила жизнь авантюристки: не бери задание, в выполнении которого у тебя есть хотя бы толика сомнений. Даже если всё действительно происходит так, как ты говоришь, то не бери задания, где есть риск, что хоть кто-то из нас пострадает. Этого будет достаточно. Самое важное, вернуться домой, а выполнить задание всегда успеем. Помни, что твоё единственное бессрочное задание: «Вернуться домой со всеми, кто рядом», и всё будет хорошо. Это не память обо мне, или Шарлотте, или о ком-либо ещё. Забыв о нас, помни, что все, кто рядом с тобой, должны вернуться домой. Любой незнакомец должен вернуться домой. Тогда даже забыв нас, ты всё равно будешь защищать нас.