Телефонист связался с лейтенантом Смольковым и передал приказание сниматься. Сообщить новость на «Феникс-1»? Нет, до утра не стоит.
Люди из отдыхающей смены принесли несколько охапок пахучей полыни. Начали стелить постель. Да, замечания, сделанные старшим лейтенантом Азаренко, справедливы. Боковой отсек в ячейке стреляющего следовало удлинить, полку расширить.
Под насыпью снова выкрики. Что там случилось? Явился дозорный.
— Товарищ лейтенант, пехота не слушается... прет напрямик через рельсы с телегой.
Дозорные несли охрану и присматривали за поддержанием воинского порядка в районе НП. На участке до мостовой трубы командир дивизиона установил два прохода. Дозорным известно, как обращаться с лицами, которые не выполняют команд?
— Так точно, товарищ лейтенант, разрешите стрелять?
Действовать в рамках обязанностей, как сказано в уставе.
Полынь разостлана, готова постель. Я лег. Ноги уперлись в одну стенку, голова в другую. Тянет снизу дневной вонью, но запах поля, свежих трав сильней.
Прибыл лейтенант Смольков с персоналом ПНП. В вышине розовеет небо. Наступил рассвет. Меня звал разведчик-наблюдатель.
— Товарищ лейтенант, сюда идет генерал, уже недалеко.
Лица высшего командного состава редко посещают боевые порядки артиллерийских подразделений на переднем крае. По отношению ко всем средним и старшим командирам генерал являлся старшим, его полагалось встречать и сопровождать.
Со стороны железнодорожного переезда приближалась группа командиров. Генерал выделялся лампасами и малиновым цветом петлиц на воротнике. В числе других лиц я узнал майора Соловьева, капитана Значенко, командира 10-го СП.
В присутствии своих непосредственных начальников командир батареи не подавал команд, предписанных уставом для встречи старших, и ограничивался представлением. Я встретил генерала перед входом в траншею, назвал свою должность, звание, фамилию.
— Товарищ майор, у вас это третья батарея? — спросил генерал.
— Нет, шестая,— ответил майор Соловьев.
— Как, я считал...— удивился генерал.
— Извините, вы посетили наблюдательные пункты двух батарей. По счету это третья, а в полку она имеет номер шесть...
— А... вы об этом,— генерал двинулся по ходу сообщения в ячейку стреляющего,— вот и докончим разговор... здесь лучше, есть место присесть.
Личный состав НП, включая и тех, кто обслуживал приборы, был удален в укрытие. Это противоречит правилам, но иначе всех пришедших разместить негде.
Генерал довольно долго рассматривал в бинокль местность. Стояла тишина, не раздался ни один выстрел.
— Кажется, я вижу окопы артиллеристов... а ваши подразделения где, товарищ майор? — спросил генерал.
Командир 10-го СП начал ориентировать старшего начальника. Майор Соловьев предложил схему ориентиров. Пехотинцы не пользовались схемой и, кажется, плохо понимали один другого. Наконец, подразделения 10-го СП были найдены на местности.
— Укажите рубеж атаки,— продолжал генерал. Он считает, что расстояние до огородов, где находился, как предполагалось, передний край противника, слишком велико. Немцы перестреляют пехоту прежде, чем закончится сближение. Изменить направление? Открывается фланг. На перегруппировку нет времени и она не меняла положения. Местность на всем участке равнинная, лишена укрытий. Генерал некоторое время вглядывался в свою карту, снова поднес к глазам бинокль.
— Начальник артиллерии дивизии, какие привлекаются средства к артиллерийскому обеспечению наступления?
Исполнявший обязанности начальника артиллерии 45-й СД капитан ответил, что из артиллерийских частей дивизии прибыли только два дивизиона, плюс три — 231-го КАП. Итого, в распоряжении начальника артиллерии пять дивизионов. Четыре он намерен включить в дивизионную артиллерийскую группу, один использовать для непосредственного сопровождения 1-го батальона, придав побатарейно каждой роте.
— Что скажете вы, командир двести тридцать первого артиллерийского полка? Сколько у вас орудий?
Майор Соловьев изложил организацию, вооружение, численность личного состава полка, обеспечение боеприпасами, боевые порядки, задачу.
— Возможности вашего полка по поддержке?
— На участке наступления, в секторе ориентир три... ориентир шесть, мои батареи могут подавить до трех четвертей обнаруженных огневых средств пехоты на переднем крае, треть ее минометов, приблизительно столько же артиллерийских позиций в глубине боевых порядков противника.