Варавин прервал рассказ и подал команду: «По местам!» Начался обещанный командиром полка огневой налет.
Танки справа!
Наши части, несмотря на возраставшее давление противника, закрепились на новом оборонительном рубеже севернее Барановки.
ОП 6-й батареи — в роще слева от дороги Малин — Барановка. Огонь продолжается с перерывами. В воздухе непрерывно находились немецкие самолеты.
Интенсивность огня вышла за всякие пределы. За вчерашний день расход составил полтысячи снарядов на орудие. Тем не менее ОП не была обнаружена. Так продолжалось вплоть до момента, когда наблюдатель проглядел корректировщика.
Я доложил командиру батареи о том, что ОП засечена, но стрельба продолжалась. Немного времени спустя Варавин отдал приказание сниматься. Огневые взводы строились в колонну. Перед отключением аппарата связист принял телефонограмму: «Младшему лейтенанту Безуглому не позже чем через час явиться в штаб 3-го дивизиона для прохождения дальнейшей службы». Указывалось местонахождение штаба.
Безуглый принял известие сдержанно, собрался в путь. Расчеты по этому поводу спешились и заняли места у орудий. Безуглый простился со всеми. Колонна тронулась. С плащ-палаткой и вещмешком через плечо Безуглый стоял на обочине, приложив руку к пилотке.
...Снова 6-я батарея ведет огонь. Специальная команда, направленная в штаб дивизиона, доставила пакет с приказом, в котором излагались обстоятельства гибели начальника штаба полка капитана Мартынюка. Огневые взводы построились. В приказе говорилось: «...В лице капитана Мартынюка 231-й КАП понес тяжелую утрату. Мы скорбим о гибели доблестного командира-артиллериста. Служба капитана Мартынюка, достойным завершением которой стал подвиг, совершенный в контратаке на железнодорожной насыпи,— пример для каждого командира и начальника, всех воинов 231-го КАП». Объявлялись служебные перемещения. Начальником штаба полка назначен капитан Значенко, командиром 2-го дивизиона — старший лейтенант Рева, начальником штаба 2-го дивизиона — старший лейтенант Юшко. К новому месту службы направлялся старший батальонный комиссар Дроздов, должность замполита занимал старший политрук Бугаев.
Во второй половине дня 6-я батарея заняла новую позицию в роще. Она ничем не отличалась от прежней. Небольшой участок леса, с трех сторон окруженный полями.
Надоедливый корректировщик описывал круги один за другим. Впрочем обнаружить позицию ему труднее, чем раньше. Краска на орудийных стволах сгорела, поверхность покрылась буро-желтой чешуей под цвет коры окружающих сосен.
Новая ОП — мрачное место. Деревья изломаны, всюду валяются ветви. Едва ли не на каждом шагу воронка, на дне — вода. Груды глины, выброшенной разрывами из глубины, копоть.
Ночь прошла сравнительно спокойно. Утром противник начал артиллерийскую подготовку. «Юнкерсы» с горизонтального полета сбросили на рощу около 40 бомб. 6-я батарея вела огонь почти беспрерывно. В воздухе — «юнкерсы», парами рыскают над землей «мессершмитты».
Пехота начала отходить. «Отбой!» Задачу Варавин ставил по телефону, в нарушение правил СУВ [55], но время не терпит.
18 часов. Огневые взводы заняли ОП среди зарослей орешника по опушке лиственного леса. Он тянулся далеко на восток и на север. Вокруг следы недавней бомбежки. Судя по окопам, в орешнике стояли тыловые учреждения. За дорогой, в восьмистах шагах, развернулась 4-я батарея.
Сыро, холодно. Люди устали. В течение последней недели 6-я батарея ведет огонь или меняет позиции. Огневые взводы потеряли 7 человек. В расчетах — пять-шесть номеров. Некомплект людей сказывается на обслуживании орудий.