Значит, немцы продвинулись глубоко в тыл к железнодорожной линии! Центр тяжести переместился на юг, а в направлении Анисова, по-видимому, действовали отдельные подразделения, прощупывают оборону в сторону Чернигова.
— ...трофеи... — Савченко указал на кучу оружия, МГ и не менее полутора десятка винтовок и автоматов. — Что с Варавиным? Не слышали?
Командир батареи приказал оборонять район ОП. Васильев завел разговор о снарядах.
— Вот... вместо того чтобы занимать места у орудий, мы... собираем чужие трофеи... если бы не очереди четвертой батареи, лишились бы своего оружия.
Мне тоже казалась непростительной горячка, заставившая командира батареи израсходовать НЗ. Теперь-то Савченко понял, что это значит?
— Да, вы правы... но ведь и комбат... должны же подвезти... артснабжение...
1-й огневой взвод начал окапываться на своем участке. Обстрел прекратился, люди осмелели. Ходили, переговаривались. И вдруг — очередь.
— Продолжать наблюдение и не отвлекаться. Васильев приподнялся:
— Моих людей нужно подтянуть сюда... лучше вместе. Я осмотрел ячейки по краю оврага. Расчеты работали черными трофейными лопатками. Савченко раздал людям автоматы. На 6 штук 14 снаряженных магазинов. Лица, собиравшие трофеи, позабыли о патронах.
— Ну, если грохнет! — Савченко указывал на ОП 4-й батареи. Тускло поблескивали стволы орудий, наведенные по гребню. — Наши тоже сюда смотрят.
Васильев возразил:
— Не бойтесь, не грохнет... шесть снарядов.
— Я имею в виду четвертую батарею, — сказал Савченко.
— А я шестую, — ответил Васильев.
— Сколько можно об этом... ну, вы были правы, — Савченко умолк.
В юго-восточном направлении стрельба не затихала. А на косогоре стоит тишина. Но продолжаться долго так не может. Немцы выжидают. Двинутся снова, либо — на Анисов.
Прошло полчаса. Закончилось оборудование стрелковых ячеек. Что же случилось с командиром батареи? 122-миллиметровые орудия уходили на Анисов.
— Нет, не наши, — опустил бинокль Васильев. — Но, кажется, и нам время...
Да, положение незавидное. Вдали от орудий, снарядов пет, связи нет. Люди изредка переговаривались.
— Куда ушел Митрошекко? Давайте искать комбата, — предложил Савченко. — Нужно бы связаться с четвертой батареей.
— Она готовится к снятию... видите... стволы в походном положении, — просвещал Васильев политрука.
Сержант Дорошенко отправился на поиски. Смолин с водителями возвращался на позицию. Подвезут снаряды или нет — ее придется оставить. Пусть Смолин передаст Политову — выслать связного в 4-ю батарею.
Явился посыльный. «Командир батареи прибыл на ОП, огневым взводам — отбой!»
Варавина я нашел возле 1-го орудия. Что с ним? Ресницы и волосы обгорели, пламя оставило следы на гимнастерке, по-видимому, тушил пожар.
— Немцы вышли на дорогу Чернигов... Нежин, пока открыто направление на юг. Нам приказано отходить. Маршрут Анисов... Лукашевка.
Варавин стал рассматривать немецкий автомат. Замполит, щелкая затвором «эльмер-фольмера», говорил:
— Неплохая штука, легок... час назад он был в руках врага.
Отступление
На юг от Анисова
Огневые взводы свернулись и стоят в ожидании сигнала, который подаст представитель штаба полка. На западе, в Чернигове, на востоке, у Баклановой-Муравенки, и где-то южнее не затихает гул разрывов. Летят «юнкерсы».
Подошла машина. Командир дивизиона. Обменялся несколькими фразами с Варавиным и уехал. Следом двинулась батарея. Я чувствовал облегчение.
На подъезде к Анисову крутой подъем, перекресток дорог. Со всех сторон тянутся колонны машин и орудий.
Перед железнодорожным переездом остановка. В ряду колесных машин выглядывают стволы. Орудия 5-й батареи. Лейтенант Свириденко курил у забора в обществе двух-трех техников из ближайших машин.
— Товарищ лейтенант, давно снялись? — спросил Васильев.
— В семнадцать пятьдесят семь, — Свириденко взглянул на часы. — А вы?
Васильев посмотрел на собеседника. Меня тоже удивляла невозмутимость Свириденко.
— ...Наверняка позже вас...
— ...Разве не всем был объявлен отбой? — Свириденко выдохнул дым.
— Не знаю... для огневых взводов шестой батареи он наступил, когда командир батареи расстрелял НЗ.
— Как? — удивился Свириденко.
Васильев рассказал о положении, в которое попала 6-я батарея после полудня.
— ...не подвозили?.. Первый раз слышу... нет снарядов...
— А у вас?
— Есть... пока...
— Где четвертая?
— Не видел... она стояла ближе к дороге.