Ночью командир батареи объявил отбой. Двигаться на хутор Карабановка, ОП — на северной окраине. В течение дня расчеты занимались оборудованием ячеек и ходов сообщения для пехотной обороны.
Вечером 6-я батарея оставила хутор, вернулась в район юго-западнее Лосиновки. Позади ОП — небольшой хуторок. На бугре — ветряная мельница, НП.
Наступило утро. Размеренно машут мельничные крылья, трепеща парусиной. На дороге гул непрерывного движения. Туча пыли. Пикируют «юнкерсы». Поднимается столбом дым.
Оборудование позиции закончено. Стрелковые ячейки опоясали полукилометровой дугой склоны бугра. У подножия приведены в боевое положение три безмолвствующих орудия. Делать нечего. Я ходил без всякой цели от одной ячейки к другой.
Орудийные номера большей частью спят на дне ячеек. Некоторые бодрствуют в полудреме, провожают нас — Васильева и меня — тревожным взглядом усталых глаз.
— Что с кухней?.. Третий день не появляется... пойдемте на НП, узнаем... — вспомнил Васильев.
Зачем? С наблюдательным пунктом есть связь. Телефонист вызвал командира батареи к телефону.
— Что случилось? — спросил нехотя Варавин. — Что же, приходите.
Варавин встречает нас неодобрительным взглядом. Он знает — для посещения НП у командиров взводов достаточно причин. Но что мог сказать им в ответ он, командир батареи?
Старый мельник предоставил в распоряжение 6-й батареи весь верхний этаж своего владения, тут установлены приборы наблюдения, телефон, радиостанция. Все бело от мучной пыли, висящей в воздухе. Мельник сидит на куче мешков.
— Плохо вижу, — сказал Варавин, мигая. — Лейтенант Смольков, вы остановите мельницу или я сам должен заняться этим?
Мельник возражает.
— Ветер, может, через час затихнет.
— Остановить! — повторил Варавин, и мельник нехотя помогает телефонистам поймать крыло.
— Товарищ младший лейтенант, ориентир пять... снова колбаса, — Смольков указал на аэростат, поднятый на северо-западе, — наблюдает дорогу, мельницу. Вот пугнуть...
До аэростата не более десяти километров. Правее и ближе ложатся снаряды. Облака разрывов, смещаясь к востоку, закрыли серой дымкой опушку в дальнем лесу. Мельник занял прежнее место.
— Молоть все одно надо... пока не пришел немец... — бурчит, глядя недружелюбно из-под косматых бровей, — отнимет зерно... муку легче сховать.
Над хатами рыскают «мессершмитты». Плывут косяки «юнкерсов». Слышен тяжелый грохот разрывов. В трехстах шагах стоят орудия. На ОП пусто и безлюдно. Расчеты в укрытиях. Вместо брустверов над ячейками — бугры сырой, вынутой из глубины, глины.
Остановка
Прибыл капитан Рахний из штаба артиллерии 15-го СК в сопровождении капитана Значенко. В руках новая карта. Капитан Рахний озадачен настроением орудийных номеров. Ответы явно не удовлетворяют его. Перед тем, как покинуть позиции, капитан обратился ко мне. Что можно сказать о положении? А в настроении людей я не находил ничего особенного... Снаряды не доставляются, горючее тоже... Обещание подвезти похоже на ложь.
Капитан шагал к мельнице. Я просил разрешения остаться и, не получив ответа, пошел вслед за ним.
Люди взвода управления представлялись по очереди. Рахний спросил Варавина:
— ...ваша батарея готова к бою?.. Что вы скажете о противнике... о своих частях?
— ...после занятия Нежина противник продолжал продвигаться в южном направлении, наши части отходят, — командир батареи отвечал общими фразами.
— ...как так? — Рахний обратился к Значенко. — Ваш полк ведет огонь, а шестая батарея не имеет никакого понятия... Отсутствие снарядов не дает права сидеть сложа руки...
— Товарищ капитан, шестая батарея заняла позиции, оборудуется, ведет разведку, — осторожно возразил капитан Значенко.
— ...почему неравномерно распределяются боеприпасы? Разве нельзя взять в первом дивизионе?... Почему не пополнен НЗ?
— ...командир полка приказал сосредоточить боеприпасы недостающих калибров в одном подразделении... Все стосемимиллиметровые снаряды направляются в первую и вторую батареи... стодвадцатидвухмиллиметровые... в четвертую. Две стосеми — и одна стодвадцатидвухмиллиметровая батареи без снарядов... Только третий дивизион ведет огонь... у нас осталось не более двух боекомплектов... По состоянию на вчерашний вечер первый дивизион имел около семисот стосемимиллиметровых выстрелов... Командиры в таких условиях неподельчивы... А шестая батарея... одна из двух, что задержали немцев на черниговской дороге у Анисова в день прорыва... Знаете, какую сыграло это роль!