«Мессершмитты», сделав круг над лугом, взяли курс в направлении леса за селом. Обстреляли с бреющего полета луг, вернулись обратно и, промелькнув черной тенью, исчезли за рекой.
Впереди лежала поросшая осокой и камышом низина. Дальше — роща. Тягач буксовал, переваливался из одной ямы в другую, едва выбрался на твердую почву. Деревья сузили с двух сторон колею. Буйные ветви сплетались над кабиной сплошным шатром. Под его мрачными сводами темно и сыро. Слышался запах торфа, лежалых листьев и ободранной коры.
Поодаль, на поляне, подняв стволы, вели огонь 122-миллиметровые орудия. Наша, 4-я батарея. Одно за другим орудия окутываются дымом. Воздушная волна гнула ветви деревьев, обдавала теплом лицо.
А вот и наши! Навстречу бежал Васильев.
— Живы все? — спросил он. — Стреляем по плацдарму... Вчера фрицы переправились через Десну, хотят обойти город...
Как... немцы на южном берегу? Не шутит Васильев?
— Вполне серьезно. Форсировали Десну... Смольков говорил... целый полк... Пехоты нашей мало. Ночью пришли из города три или четыре роты шестьдесят второй СД и сотни полторы парашютистов... артиллерия отдувается... долбим без отдыха. С самого утра... первый перерыв... Командир батареи запрашивал... Нужно доложить.
Васильев направился к аппарату. Нет связи. Телефонист ощупывал клеммы, виновато поглядывал на Васильева.
— Товарищ лейтенант, только сейчас говорил... и нет. Разрешите на линию?
— ...в общем, где тонко, там и рвется... Откуда явились немцы, толком никто не знает, — закончив с телефонистом, продолжал Васильев, — вчера, говорят, на южном берегу не было ни одного... Чернигову грозит окружение.
* * *
Захваченный противником плацдарм на южном берегу Десны коренным образом изменял обстановку в районе Чернигова и во всем междуречье Днепра и Десны. Стоит противнику продвинуться на десять, двадцать километров, и пути снабжения войск, которые удерживали главный участок обороны — северные подступы к Чернигову, — будут отрезаны...
Много веков несла свои воды у стен Чернигова красавица Десна. Много веков город стоял, как остров, окруженный со всех сторон мощными естественными преградами. С запада прикрывали Чернигов обширные заболоченные пространства. На востоке и юге — многоводные реки. Географическое положение не однажды спасало Чернигов и подвластные ему земли от экспансивных западных соседей и опустошительных набегов степных орд.
Так было в прошлом. Если не считать гражданской войны, черниговская земля давно не знала военных бурь. В покое и мире жили потомки древних радимичей и северян — возделывали поля, растили лес, трудились на фабриках и заводах.
И вот пришло утро 22-го июня. Мирная жизнь оборвалась, как кинолента, и на экране явилась картина войны. Мужчины уходили на фронт, а для тех, кто остался дома, наступили горестные дни ожиданий и тревог.
Минули первая потрясающая неделя, вторая, третья. Положение ухудшалось. Огненный вал неудержимо катился на восток. Грохот стрельбы, незатихавший на севере, стал слышен среди лесов и болот. Противник продвигался от одного рубежа к другому дальше и дальше. И вот Чернигов оказался в ближнем тылу, а затем и на переднем крае войны.
В дни ожесточенных сражений на всем протяжении от Баренцева до Черного моря этот новый факт не был отмечен ничем особенным. Наши войска отступали на многих направлениях. 2-я немецкая армия из группы армий «Центр» после занятия района Гомеля изменила направление и двинулась на юг, в сторону Чернигова.
Какие соображения побудили немецкое верховное командование в разгар войны начать перегруппировку сил за счет ослабления группы армий «Центр»? Было ли это актом свободной воли или уступкой обстоятельствам, иными словами, решением, навязанным обстановкой? В каком состоянии находились наши части и соединения к моменту, когда развернулись бои за Чернигов, и позже, в дни отступления на юг, к Нежину и Пирятину?
После сдачи Чернигова положение войск Юго-Западного фронта стало резко ухудшаться. Потеряв опорную позицию на северном фланге, вся система обороны Днепровского рубежа севернее Киева лишилась устойчивости.
Вслед за этим, однако, противник нанес новую серию ударов. 2-я танковая группа из рубежа Унеча, Новгород-Северский двинулась на юг, в направлении Ромны — Лохвица, навстречу 1-й танковой группе, которая перешла в наступление с плацдарма в районе Кременчуга. В результате этих встречных ударов основные силы наших войск, удерживавшие Днепровский оборонительный рубеж и район Киева, а также соединения 21-й и 3-й армий Центрального фронта были окружены.