Полюбовавшись на цветы в своём новом саду, задумалась на мгновенье – правильно ли я поступила, приняв наследство, оставленное мне Ванессой Ламберт? Сумма не была огромной, но добавив к ней деньги, вырученные за продажу родительской квартиры в не самом престижном районе и сняв со счёта все свои сбережения, я смогла купить чудесный домик в пригороде. Осталась почти без средств к существованию, но зато живу в прекрасном месте. Тем более, узнав о своём даре, поняла, что не смогу постоянно находиться в шумном городе. Мне требовался простор и живая природа. Поэтому, пора откинуть всякие глупости! Деньги, завещанные Ванессой, я заслужила. Можно считать их компенсацией за всё, что мне пришлось пережить в Гринхолле.
Гринхолл… Неплохая была работа - прибыльная, и нравилась мне. Лориан предлагал вернуться и дальше вести дела благотворительного фонда Ламбертов, но я отказалась. Не важно, что большую часть времени Лориан действовал под внушением нагини и не был виноват в бедах, выпавших на мою долю. Я его простила, но видеть больше не могла. Он являлся живым напоминанием о малыше, которого я потеряла. И чувств к младшему Ламберту больше не осталось. Зачем ворошить прошлое. Надо жить дальше. И я жила.
Чтобы заработать на пропитание, начала продавать травяные сборы. Ведьминское чутьё подсказывало, какие именно выбирать травки и когда лучше всего их собирать. Я интуитивно знала, в каких пропорциях использовать лечебные травы и от каких болезней они помогут. Но самое классное, что мне досталось от родителей – это умение понимать животных. Пока только самых маленьких. Но дальше, уверена, способности усилятся.
Стоило вспомнить о животинушках, как возле ног зашебуршал мой любимый питомец.
- Набегался, жулик. Где ты пропадал так долго? Надеюсь, ко мне не придут разгневанные соседи, у которых пропали яйца или цыплята?
Хорёк возмущённо пискнул, потёрся о ногу шоколадной шкуркой, а затем в моей голове прозвучали фразы, выданные несправедливо обиженным животным: « Я не воришка. Я охранник. Твой.»
- И от кого ты меня охраняешь?
«Волк. Большой волк. Сбежал от меня.»
Малыш чуть не плакал от обиды и, забравшись ко мне на руки, добавил: «Устал. Спать.»
Хорёк, которого я назвала Вуди, общался со мной коротенькими фразами. Поначалу его было сложно понять, но чем больше времени мы проводили вместе, тем умнее он становился. Вот и сейчас, малыш вскарабкался ко мне на плечо, и удобно расположившись, задремал. С красивым воротником на шее я отправилась в рабочий кабинет, где меня ожидал опекун. Нам стоило обсудить один очень важный вопрос.
- О, Вуди, - обрадовался слишком громко Маркус, которому тоже нравился мой маленький друг, но заметив, что малыш спит, продолжил немного тише. – И где он был?
- На волка охотился.
- Не понял? – Маркус вдруг стал серьёзным. – Он видел волка?
- Да. Сказал, что это был большой волк. Но ведь недалеко лес, что тут такого? Может, забрёл какой-нибудь?
- В нашем лесу не водятся настоящие волки. Они не могут сосуществовать с оборотнями.
Об этом я читала. Оборотни часто принимали полузвериную форму и предпочитали делать это подальше от посторонних глаз. В лесу. И волков там быть не могло. Разве, что это был двуипостасный эльф. Но такие эльфы редкость. Я знаю только двоих – отца Ивелин, давно разыскиваемого преступника, и мужа Кэролайн, пропавшего без вести почти год назад.
Маркус словно прочитал мои мысли:
- Неужели Сундрион ищет свою дочь?
- Откуда ты его знаешь? – Я была поражена осведомлённости опекуна.
О том, что Сундрион эльф и преступник, знали все, но о его особом даре, единицы.
- Или это третья сущность оборотня? – Не слыша меня и вообще позабыв о моём существовании, бормотал себе под нос Маркус. – Это плохо. Особенно, если тут рыщет Барнесс.
- Барнесс? – Ноги перестали меня держать и я без сил опустилась в кресло. – При чём тут Верманд?
Меньше всего мне хотелось вспоминать о мужчине, предавшем моё доверие. О том, кто вечером целует, а на следующий день смотрит на тебе, словно ничего не было. Дальше, лучше. Приказывает оставаться в доме своего отца и никуда не выходить из комнаты, а сам пропадает на неделю. А когда я не выдержав, отправляюсь к нему в участок поговорить, «любезничает» с оборотницей прямо на рабочем месте. И последней каплей становится полное безразличие Верманда к тому, что я застала его с другой.
- Я имел в виду Сигарда, старшего Барнесса, - Маркус не заметил моей реакции на упоминание капитана полиции.
Опекун был в курсе, что я некоторое время жила в доме Барнессов и о том, что произошло с Ивелин, но о своих неудавшихся отношениях с Вермандом я ему не рассказала. Зачем?