Через полтора часа они уже писали заявление о разводе. И ничто не дрогнуло в груди Павла, словно он давно ждал этого момента, как освобождения. Им даже не стали давать срок для примирения. Они просто обговорили условия развода и раздела имущества. Квартиру решили выставить на продажу. Через месяц их развели и в тот же день приехал первый покупатель, который, не торгуясь, купил у них эту квартиру за баснословную цену.
Павел собрал свои вещи и съехал на съемную квартиру. Что будет дальше с Анфисой ему было совершенно не интересно. Она тоже молча собрала свои вещи, вывезла куда-то чуть ли не всю мебель, свою гордость — безделушки и фарфор, всякую мелочь. Павлу было совершенно не интересно. Он каждый вечер возвращался в свою квартиру и думал-думал-думал. Каждый день он вспоминал Алевтину, ее глаза, когда сказал, что разрывает с ней отношения, так как выбрал жену. Ему становилось больно, но он продолжал ее вспоминать, словно желая причинить себе еще большую боль.
В день, когда он получил на руки свидетельство разводе, поехал домой к Алевтине. Он ехал медленно, подбирая слова, которые скажет ей, будет умолять простить его. Но дверь ему открыла какая-то пожилая женщина, которая сказала, что Алевтины нет дома. Он повернулся и вышел к машине, долго сидел у ее подъезда, но она так и не появилась.
Он даже приезжал к промкобинату в надежде встретить Алевтину после работы, потом подвезти ее домой и по дороге поговорить. Но она так и не появилась. Еще целый месяц он приезжал к ее дому и однажды дверь квартиры открыла сама Алевтина. Он увидел ее, такую родную, желанную, что захотелось заплакать.
Она не стала пропускать его в квартиру, а вышла к нему на лестничную площадку, закрыла за собой дверь, запахивая на груди домашний халатик, в котором она была такой трогательной, такой родной, такой уютной.
- Зачем ты приехал? - сухо спросила женщина.
- Я приехал к тебе. Я понял, что мне нужна только ты, ты одна. Прошу, прости меня за все…
Он говорил, а она смотрела на Павла каким-то чужим взглядом и он не видел в ее глазах той любви, которая вспыхивала, когда он приходил к ней.
- Я услышала тебя, Павел. Прошу, не приходи ко мне больше. Нас больше ничего не связывает я больше не люблю тебя и не хочу видеть. Просто прошу, уходи.
- Алевтина…, - он так много хотел ей сказать, но она выставила перед собой руки, словно отгораживаясь от него.
- Нет, Павел, нет. Еще раз прошу, уходи и не возвращайся. Ты год назад сделал свой выбор. Сейчас я тоже делаю свою выбор. И поверь, в моей жизни тебя больше нет. Прошу, уходи.
Он отступил на шаг, вглядываясь в ее лицо. Она изменилась, стала словно мадонна с иконы, такой внутренний свет шел от нее, от которого хотелось преклониться перед ней,. Столько внутренней силы было в ней, что Павел понял, она больше не примет его к себе. Он опустил голову и вышел на улицу. Какая-то мысль билась у него в голове. И только когда он отъехал от ее дома, до него дошло - «мадонна». Ей не хватало только младенца. В ее лице было столько любви, добра, материнской заботы, что он невольно сжал рулевое колесо до скрипа пластика, грозя раздавить его. Вот кто бы мог стать матерью его детей, а он просто не понял тогда, ушел, бросил ту, которая любила его.
***
Прошло полгода со дня развода. Первое время Анфиса была счастлива когда открыто, не стесняясь никого, переехала к любимому мужчине. Он осыпал ее поцелуями, дарил страстные ночи. Она думала купить им квартиру, но потом что-то толкнуло ее и она взяла небольшую студию на свое имя, остальные деньги положила на свою банковскую карту. Когда Арсений узнал об этом, устроил ей настоящую истерику, что она не любит его и не доверяет ему. Это не понравилось Анфисе, она не поддалась на его уговоры оформить квартиру на них двоих. О своем предложении выйти за него замуж он словно уже и не помнил, больше к этой теме не возвращался.
Еще через месяц она узнала, что у него давно есть молодая любовница из новеньких актрис, которой он делал подарки, причем дарил ей те дорогие «безделушки», которые Анфиса увезла из квартиры при разводе. Когда она спросила об этом у Арсения, тот снова устроил ей некрасивую сцену, разбил ее фарфоровый сервиз, который она с такой любовью покупала и потом перевозила к Арсению. Она залепила ему пощечину, на что Арсений рассмеялся ей в лицо
- Ты думаешь, что я прямо влюбился в тебя? Да ты старая для меня, мне просто были нужны те деньги, которые ты могла получить при разводе. Что ты смотришь на меня? Посмотри на себя, разве такие могут нравиться мужчинам? Ты слишком стара для меня. Инфантильная старая дура. Думаю, что наши отношения дальше продолжаться не могут.
Анфиса собрала свои вещи и съехала в свою студию, которую так и не успела обустроить. Каждый вечер она засыпала в одинокой постели и думала о своей неудавшейся жизни. Еще через месяц она поняла, что сделала самую большую глупость, что развелась с Павлом, который был готов ради нее на все. Но после того, что она наговорила ему, ей было стыдно возвращаться к бывшему мужу. Только после развода она поняла, как он заботился о ней, что она не знала никаких проблем, как ходить в магазин, платить квартплату и никогда не задумывалась о бытовых мелочах. Ей захотелось позвонить мужу, поговорить с ним и, если надо, попросить у него прощения.
Однажды она набралась смелости, набрала его номер. Он долго не отвечал, но потом в трубке послышался усталый голос:
- Слушаю.
- Паша? Привет, это я. Извини, мне захотелось тебе позвонить.
- Я понял. Привет. Слушаю. Что ты хотела мне сказать?
В его голосе она не услышала прежней радости.
- Паш, прости меня. Я была такой глупой, что не понимала своего счастья.
- И что ты хочешь сейчас услышать от меня?
- Прости меня. Мы могли бы встретиться?
В ожидании ответа она так сжала свой телефон, что он чуть не треснул в ее руке.
- Нет, Анфиса, я не хочу с тобой встречаться.
- Ты сердишься на меня? - разочарование горькой волной разливался в душе.
- Сержусь? - он грустно усмехнулся. - Я давно не сержусь на тебя. Я уже давно понял, что мы совершенно чужие друг другу. Я любил тебя, а ты позволяла себя любить. Тебе было хорошо, удобно со мной. Но ты не понимала того, что я мог дать тебе, ты даже не хотела иметь наших детей. Тебе не нужна была наша семья, ты хотела иметь красивую картинку семьи, чтобы тебе все завидовали. Тебе нравилось, когда я крутился возле тебя, осыпая цветами и подарками, дарил свою заботу и любовь. Но тебе этого оказалось мало, ты нашла свою любовь где-то вне нашей семьи. Ты сама попросила развод. Я тебе его дал. Нас больше ничего не связывает. Я не хочу больше встречаться с тобой, мне больше нечего тебе дать. Да и у тебя нет того, что я хотел бы получить. Прости, Анфиса, думаю, что нам незачем встречаться.
И Павел отключил разговор, а женщина еще долго смотрела на погасший экран и не верила в то, что мужчина, который был влюблен в нее, вот так просто отказался от нее. Через какое-то время пришло осознание, что она сама разрушила свою жизнь. Зачем она поддалась этому Арсению? Что в нем такого, чего не было в ее муже? Разве он когда-то обещал ей любить и заботиться? Разве с ним она чувствовала себя защищенной и любимой? Разве это он сидел возле ее постели, когда она болела, встречал вечером после работы, готовил ей ужин, делал ей массаж ножек, ласково целуя каждый пальчик? И вот из-за Арсения она потеряла того, кто всегда был рядом и любил ее. Она еще раз позвонила Павлу, но он просто сбросил ее звонок. И только тогда она расплакалась, словно маленькая девочка. Она долго рыдала в своей квартире, такая одинокая и никому не нужная.
ЭПИЛОГ
После ухода Павла Алевтина долго сидела и смотрела невидящим взглядом куда-то в окно. Зачем он так поступил с ней? Зачем он тогда дал надежду, что у ни все будет хорошо? Зачем обманывал, что разведется с женой?