Алевтина дружила с Катей, но о прошлом подруга не любила рассказывать, просто отговаривалась - «все в прошлом и слава Богу».
- Не знаю, Катя, я ничего не знаю.
Хорошее настроение Алевтины словно кто-то выдернул из нее, остался неприятный осадок.
- Извини, если испортила тебе настроение.
- Кать, прошу, не над больше. Я сама разберусь со своими чувствами, - Алевтине вдруг стало так обидно, что подруга не может разделить с ней радость, а говорит о своем печальном опыте. Но у нее с Павлом совсем все по другому. - Прошу, не лезь.
Подруги долго смотрели друг на друга напряженными взглядами. Катя хотела поддержать подругу, образумить, предупредить, оградить ее от того, с чем придется столкнуться, а Алевтина смотрела и сердитым взглядом просила не вмешиваться и не давать советов.
Они больше ничего не сказали друг другу и разошлись по кабинетам. Алевтина порадовалась, что Виктория Васильевна куда-то вышла и не видела, как она злится на свою подругу. К возвращению соседки Алевтина смогла взять себя в руки.
Приближался конец рабочего дня, Алевтина ожидала сообщение от Павла, в котором он сообщит ей, где и во сколько будет ждать ее. Но его все не было. Виктория Васильевна стала собираться домой, поглядывая на Алевтину, которая сидела за своим столом и нервно кусала губы. Почему же Павел молчит? Где он? Может хочет сделать ей сюрприз и поехал покупать цветы? Может написать ему? Она промучилась еще минут пять, потом отправила ему сообщение:
«Павел, мы сегодня поедем домой?»
Ответ она ждала с таким нетерпением, что те шесть минут, пока не получила ответ, показались ей вечностью.
«Аленька, извини, сегодня никак не смогу. Прости»
Она читала его ответ и не знала, что делать. Потом она стала придумывать ему оправдания. Ведь он же говорил, что жена должна вернуться с гастролей. Может, он поехал ее встречать? Ведь он вчера говорил Алевтине, что все давно решил для себя, что обязательно поговорит с женой, когда она вернется и не будет затягивать с разводом. Наверное, сегодня он решил поговорить с женой?
Писать или звонить Павлу она не стала. Поднялась из-за стола, чтобы начать собираться домой и через окно увидела, как к проходной подъехала машина Павла, вахтер поднял ему шлагбаум и тот уехал. Она тяжело вздохнула, сложила вещи в сумку, достала из холодильника торт и бутылку вина, положила их в пакет, оделась и пошла домой. На остановке она долго ждала своего автобуса. Холодный ветер пробирался под ее куртку, заставляя вспоминать, как еще вчера она ехала домой в теплом салоне его машины и как снова любовалась своим мужчиной. Автобус пришел переполненный, ей с трудом удалось попасть в салон, стараясь не раздавить торт. Через шесть остановок рядом с ней освободилось место и она поспешила занять его, чтобы толпа окончательно но раздавила коробку. Создавалось впечатление, что сегодня весь город стоит в пробках. До дому она добиралась около двух часов, поднималась к себе в квартиру уставшей, словно весь день пахала вместо лошади. В квартире было тихо и сумрачно. Она разделась, отнесла в кухню сумки и поплелась в комнату, чтобы переодеться. Потом, готовя себе обычный ужин, она поймала себя на мысли, что за этот короткий месяц она привыкла к Павлу, к его нахождению в своей квартире, словно он всегда был с ней. И вот сейчас без него стало так пусто, одиноко. Захотелось заплакать. Она всхлипнула, потом еще раз и уже через пару мгновений из глаз потекли слезы. Ну и пусть он женат, ведь он же обещал, что разведется с женой, что они будут вместе, называл ее «любимой женщиной». И пусть Катька говорит, что хочет, Алевтина верит, что Павел придет к ней, не бросит ее. Она сидела за одиноким кухонным столом и глотала горькие слезы, все время надеясь, что сейчас раздастся звонок в дверь и она увидит Павла, который перешагнет через порог, обнимет ее и скажет: «Привет, не ждала? А я решил, что нужен тебе».
Глава 5.
Глава 5.
Ни в субботу, ни в воскресенье Павел не приехал и не давал о себе знать. Алевтина все эти дни просидела дома, хотя природа сжалилась над городом и одарила последним осенним солнцем. Соседи тут же высыпали на улицу и шумели под окнами, играя со своими детьми. Алевтина стояла у окна и наблюдала за ними. Ей так хотелось, чтобы вот так и она играла со своими детьми, а рядом был мужчина, который стал для нее важным и нужным. И от этих мыслей становилось почему-то еще хуже. Совсем немного — всего месяц, и она привыкла к Павлу, нуждалась в нем, хотела видеть его рядом с собой, обнимать, вдыхать его мужской запах, говорить с ним, делить радости и горести. Быть с ним. А его нет.
Алевтина промучилась все выходные, даже думала написать ему, но каждый раз останавливала себя. Мало ли вдруг он сейчас рядом с женой, а тут она со своим «Привет, Павел, как ты?» Зачем подводить мужчину? Он сам должен разобраться со своей жизнью.
В понедельник она ехала на работу и не знала, стоит ли позвонить Павлу. Но он сам прислал ей сообщение: «Давай сходим на обед вместе?» Улыбка появилась на лице женщины, он не бросил ее. Она тут же ответила: «Давай».
«Тогда в кафе через дорогу, в час. Я займу столик»
«Хорошо. Я подойду», - ответила Алевтина и счастливо улыбнулась.
Настроение тут же поднялось. Хорошо, что снова соседки не было в кабинете, ее вызвал начальник. До возвращения Виктории Васильевны Алевтина привела свои чувства в порядок и прекратила улыбаться словно девчонка. Казалось, что время до обеда течет, словно смола по дереву. Она каждые пять минут поглядывала на часы, но стрелка словно прилипла к циферблату. За полчаса до обеда она отпросилась у Виктории Васильевны, сказала, что хочет пробежаться по магазинам, и поспешила в кафе. О том, что их там могут увидеть сотрудники, не переживала. На территории комбината была своя столовая, где готовили разнообразно и вкусно. Поэтому ходить в кафе, где было в два раза дороже было не выгодно.
Алевтина первой пришла в кафе, заняла столик, сделала себе заказ. Она могла бы заказать и на Павла, но не решилась. Он появился минут через двадцать, когда она медленно доедала второе, стараясь растянуть обед в ожидании мужчины.
- Извини, задержался, работы много, - мужчина занял место напротив нее.
Алевтина ждала, что он вспомнит об их небольшом юбилее, поздравит ее, но он молчал, хмурил брови, о чем-то напряженно думал. Когда он сделал заказ и стал ожидать его, тяжело вздохнул.
- Алечка, извини, что так получилось. В пятницу жена вернулась, позвонила, просила встретить ее с поезда.
- Ничего, я понимаю, - Алевтина постаралась сделать вид, что с ней все хорошо, совершенно не расстроена.
- И в выходные я был дома. Пришлось.
Он снова замолчал, наблюдая, как официантка составляет с подноса на стол его заказ.
- Извини, я не смог поговорить с Анфисой о разводе. Она приболела, пришлось все дни ухаживать за ней, ходить в аптеку.
- Я понимаю. Не волнуйся, все хорошо.
- Аль, я обещаю, что как только она выздоровеет, я обязательно поговорю с ней. Просто сейчас, когда ей плохо я не стал начинать этот разговор.
- Я все понимаю. Я не настаиваю ни на чем. Это твоя жизнь и я не хочу вмешиваться в нее.
- Алька, какая ты все-таки хорошая, только ты понимаешь меня, - он посмотрел на нее таким взглядом, от которого у нее сжалось сердце, так хотелось протянуть руку и погладить его по щеке, успокоить, сказать, что все будет хорошо. - Если бы ты знала, как я устал. Так хочется бросить все и переехать к тебе.