– Все, все хорошо, не волнуйся, – поспешно отвечала Юля, но в глазах не исчезало волнение.
– А Серый? Я давно его не видела, – Ольга спрашивала о Сергее, но на самом деле больше, чем «у него все в порядке», слышать не хотела.
– Мы редко видимся, – голос Юльки стал совсем тихим.
Но, увидев удивленное лицо Ольги, поспешила объяснить:
– Он устроился работать в хорошую фирму, здесь, в центре. Учится в экстернате, готовится к ЕГЭ и одновременно ходит на курсы. Будет в Бауманку поступать.
– Здорово! Молодец! Конечно, у него сейчас совсем нет времени, но у него есть цель. Уважаю! – искренне обрадовалась Ольга.
Но, заметив грусть в глазах Юли, добавила:
– Ты не волнуйся, подруга. Это же временное явление. Парень хочет многого добиться. Он же тебя любит, я-то знаю, – Ольга положила свою руку поверх Юлиной. – Ты потерпи, все будет хорошо.
Юля подняла на Ольгу глаза, в которых уже стояли слезы. Вздохнула, смахнула слезинку и с притворным весельем скомандовала:
– Все, подъем! Начало через десять минут!
***
И тут этот сон! С таким трудом достигнутое внутреннее равновесие пошатнулось, и Ольга вдруг почувствовала себя маленькой, беззащитной девочкой. Очень захотелось побежать к кому-нибудь очень близкому. Папы не было дома, да и пугать резкой сменой поведения его не хотелось. Он и так все чаще с тревогой заглядывал в глаза дочери и интересовался, все ли у нее в порядке. Ольгу это сильно раздражало:
– Ну, пап, все в порядке! Что еще?
– Олененок, что-то не так, не пойму… – растерянно говорил отец.
– Пап, я много учусь, хожу на йогу, встречаюсь иногда с друзьями, все в порядке! Тебе надо, чтобы у меня начался переходный возраст и «башню снесло»?
– В том-то и дело, что ты слишком по-взрослому себя ведешь. Слишком все рассчитано и правильно, как в армии… не знаю даже, как объяснить, – оправдывался отец.
Ольга обнимала отца, целовала его в гладко выбритую щеку и смеясь, подтрунивала над ним:
– Хорошо, я включу в свой план саморазвития «секс, наркотики, рок-н-ролл»!
– Ну тебя! – махнул рукой Петр Андреевич на дочь.
Ольга вышла из душа, ледяная вода ненадолго привела ее в чувства. Некоторое время девушка шлялась по комнате, не зная, чем заняться. В школу сегодня не надо – воскресенье, йога резко надоела. Мама с братиком за городом, папа в командировке.
«Позвонить Юле? Рассказать о сне?» – мучилась Ольга.
Она легла на кровать, свернулась комочком и снова позволила себе вспомнить сон.
Радостная, с примесью легкой светлой грусти, волна накрыла девушку.
«Я скучаю, ужасно скучаю, – зашептала она, – по тебе, моя милая Либуша, по тебе, Олег… Юлька, Серый, даже по Лельке. Я так старалась контролировать чувства, что просто осталась одна…»
И она заплакала, тихо, жалобно…
Зазвонил телефон. Ольга вытерла слезы и натянула улыбку, прокашлялась, чтобы на другом конце провода никто не догадался, что она плакала.
– Олька! Привет! – голос незнакомый, с фальшивой простотой и беспечностью.
И номер незнакомый.
– Привет! – с такой же «искренностью» ответила Ольга.
И ждала, когда собеседник, вернее, собеседница обозначит себя.
– Это Альбина! Не узнала? – так же деланно-беззаботно продолжала незнакомка.
– Э-э, – Ольга не знала, что сказать. Она не понимала, какая Альбина так радуется ей.
– Я подружка Олега. Мы с тобой на тренировки вместе ходили, помнишь?
Ольга от удивления подскочила на кровати.
– Альбина? Да, да, конечно, помню… – какое-то неприятное и тревожное чувство родилось внутри.
– Я что звоню-то, – не давая возможности Ольге прийти в себя, затараторила девушка, – у меня день рождения сегодня, я в клубе отмечаю. Собираю друзей… Короче, жду тебя в одиннадцать вечера. Записывай адрес: Набережная…
Ольга резко оборвала ее:
– Стой, подожди, а я тут при чем?
Но, поняв, что уж очень невежливо ответила «подруге», стала оправдываться:
– Прости, пожалуйста. С днем рождения! Мои искренние поздравления! Но, Альбина, пожалуйста, пойми. Я удивлена твоим приглашением. Очень… Мы с тобой, мягко говоря, близкими подругами никогда не были, я не понимаю причины, по которой ты вдруг записала меня в свои друзья и зовешь на свой день рождения.
– Ну конечно! – радостно воскликнула собеседница, будто бы ждала этого вопроса. – Конечно, ты удивлена. Но эта идея принадлежит не мне, а Олегу. Он жалеет, что у вас дружба завяла, а я хочу ему показать, что не ревную и верю ему, что вы просто друзья… Короче, Оль, можешь упираться, но ты моя должница, помнишь?