– Йоу! – орет Смольников, вываливаясь в коридор. – Твиксы пришли!
Даже не стараясь скрыть досаду, разжимаю пальцы, отпуская Булку.
Говорю другу:
– Отвали, а?
Он тут же втискивает мне в ладонь бутылку пива. Хлопает по плечу и смеется. Притягивает к себе Ксюшу, звонко целует ее в щеку, дергает за шапку. Шебутной Паша делает все и сразу, заражает своим весельем. Даже его любимое идиотское «йоу» от него звучит удивительно органично. Расстегивает мне куртку и одновременно говорит Ксюше:
– Че как, Войнова? Готова к тусовке?
– Паш, – ворчит она, – к твоим я никогда не готова. Там дядя Валя возмущается уже, сделай потише.
– Да он глухой, как тетерев. Караулит вас на лестнице просто, а музыка ему до одного места.
– Глухой, как тетерев? – уточняю, балансируя с бутылкой пива, чтобы расстегнуть ботинки и ничего не разлить.
Пашок салютует двумя пальцами ото лба:
– Он сам так говорил, я запомнил. Давайте уже, заходите.
Я бросаю взгляд на Ксю и ободряюще ей улыбаюсь. Она мне отвечает. Это значит – снова мир. Но надолго ли? И надолго ли мне этого хватит?
Делаю глоток пива и морщусь – теплое.
Говорю Смольникову:
– В холодильник нельзя было поставить?
– Братан, ты очень разборчивый школьник. Там есть, возьми в холодосе, – он забирает у меня бутылку, – это сейчас отдадим.
– Я уже отпил.
Булка, которая поправляла волосы перед зеркалом в коридоре, отзывается тихим ехидным голоском:
– Отдайте Катюше. Она будет рада.
Смольников громко смеется. Цокает языком и подмигивает Войновой. Говорит, понизив голос:
– Точняк. Боюсь, она горлышко оближет.
Эти двое хихикают, а я толкаю Пашу в плечо. Разрываюсь между желанием тоже рассмеяться и досадой за то, что вообще замутил с Белкиной. Думал, на один раз, предупредил ее, что никакого продолжения не будет. Не ожидал, что она будет таскаться за мной, а главное, станет досаждать Ксю какими-то неведомыми разговорами. Это, конечно, выбешивает сильнее всего.
Смотрю на подругу, и она приподнимает плечи в беспечном жесте, мол, а что такого, это же правда. Поднимаю глаза в потолок и показательно вздыхаю. Войнова снова улыбается.
Иногда мне кажется, что она ревнует. Но я не уверен, это какое-то собственническое чувство к другу, который обычно всегда рядом? Или именно ревность?
Обнимаю ее одной рукой за плечо, и мы заходим в комнату. Тут пара ребят из нашего класса, несколько из параллельного и, конечно, Катя.
– Саша! – она радостно машет рукой.
Точеная фигурка, которую подчеркивают узкие джинсы и полупрозрачный топ, белые волосы кудрявым облачком вокруг головы, наивный взгляд, губы бантиком. Симпатичная очень девочка. На это я и купился.
Сдержанно ей киваю и наклоняюсь к Булке:
– Будешь что-нибудь?
Она склоняет голову мне навстречу и поворачивается так, что оказываемся лицом к лицу. Смотрит на меня своими бездонными голубыми глазами. В этих – никакой наивности, только океаны боли.
Ксю говорит:
– Принеси пива, пожалуйста. Из холодильника.
– Будет сделано, сеньорита.
Чмокаю ее в висок и иду на кухню. Здороваюсь там с парнями, которые стоят у окна, и беру две бутылки. По ходу дела изучаю нехитрый набор запасов – крепкий алкоголь, чипсы, нарезка какая-то.
Мама у Паши проводница, поэтому ее вечно не бывает дома. Женщина она хорошая, и, когда у нее есть время, старается просто заботиться о сыне, о его оценках, о том, что он ест. А не о том, что вся квартира провоняла сигаретами, на это она давно закрыла глаза. Валь Петрович и так ей докладывает о каждой нашей вписке.
Возвращаюсь в зал и нахожу взглядом Ксюшу, которая сидит рядом с Илюхой из нашего класса. Переговариваются, смеются, он трогает ее за коленку. Стряхнув с себя раздражение, направляюсь к ним, уютно устроившимся на диванчике.
– Держи.
– Спасибо, Чига. Мы с тобой пропустили прикол.
– Да? – спрашиваю, с застывшей улыбкой глядя на Илью.
Тот мгновенно подрывается на ноги:
– Пойду проветрюсь. Ты, кстати, не хочешь, Сань?
– Нет. А вот ты сильно хочешь.
Парень пожимает плечами и быстро ретируется. Я присаживаюсь на его место и делаю несколько больших глотков.
Интересуюсь:
– Ты сегодня как? Останешься тут?
– Чига, а что это было?
– Что? – переспрашиваю, из последних сил прикидываясь идиотом.
– Ты ведь его прогнал?
Задумчиво хмыкаю. Снова пью. Потом качаю головой:
– Он же не сбежал. Просто вышел. Иди на кухню, проверь. Только ты, вроде бы, дым не любишь.
Ксю смотрит на меня внимательно, тоже отпивает из своей бутылки. Сползает на диване чуть ниже и касается меня коленкой. Смотрю на эти долбанные колготки в сетку. Потом ставлю банку на пол, беру Ксю подмышки и подтягиваю наверх, заставляя сесть нормально. Быстрым жестом одергиваю ее юбку и говорю: