Но я смотрю на Ксюшу и натыкаюсь на ее ожесточенный взгляд. Свою руку она кладет на плечо Макса и медленно проводит ниже, до локтя. Меня почти скручивает от приступа ревности. Снова прикрываю веки, чтобы просто этого не видеть, и вдруг чувствую, как меня кто-то целует. Чужие губы прижимаются к моим сразу крепко, и, распахнув веки, я вижу бестолковые глаза и облако белых кудряшек. Бесцеремонно толкаю Катюшу со своих коленей и невнятно говорю:
– Мы же, блин, договорились.
– Саша… – она, слава богу, не падает, а сбалансировав, неловко присаживается около меня. – Я ничего не прошу. Я только предлагаю.
– Мне не надо.
Встаю, чуть пошатнувшись. Не так уж много я выпил, просто тут очень душно, мне бы на воздух. Пытаюсь найти взглядом Ксю, но ее тут нет. Есть озлобленный Макс, который посылает мне ненавидящий взгляд. Я что-то пропустил?
Вдруг Пашок дергает меня за локоть:
– Иди догони Войнову. И возвращайтесь оба, понял?
– В смысле?
– Сбежала. Давай за ней.
Глава 11
Не застегивая куртку, сбегаю по ступеням и выхожу из подъезда. Пока мы были у Паши, город накрыл первый настоящий снегопад. Буквально за пару часов выросли сугробы, а в воздухе сплошной завесой кружатся крупные пухлые снежинки, сцепившись по двое или даже по трое. Будто им скучно падать по одиночке.
Вдыхаю холодный воздух полной грудью. И тут же жалею о том, что ушла. Ну куда мне сейчас? Домой? Смешно даже.
Смотрю на белый снег, который схоронил всю черноту и мрачность ноября. Так легче, когда вся грязь спрятана. Сделав еще несколько глубоких вдохов, решаю хотя бы прогуляться и перевести дух.
Хотя как возвращаться на эту вечеринку, я тоже не понимаю. При одной мысли, что снова увижу, как он ее трогает, волна тошноты накатывает. Шмыгаю носом и аккуратно вытираю слезы, не задевая мокрые ресницы.
Сую руку в карман и нащупываю свою шапку. Надеваю ее и иду в сторону дома. Просто сделаю пару кругов вокруг нашего пруда, там как-то думается легче.
Моя рыбка внутри обернулась настоящей пираньей и пожирает все внутренности так неумолимо, что аж больно. И очень-очень страшно, если признаться честно. Я думала, она красивая и нежная, почти к ней привыкла, а вон как кусается.
Загребаю ботинками рыхлый снег и выбрасываю его перед собой.
– Ксюха! – слышу сзади голос Саши.
Рыбка делает кульбит, на секунду прервав свою трапезу. Сердце колотится неистово. Боже. Я же сейчас соврать ему не смогу, как с ним разговаривать? Я даже себе не могу!
Ускоряю шаг, запахнув парку на груди.
– Ксюш!
Я упрямо игнорирую. Вдруг передумает? Надо было быстрее уходить. Бегу вперед по дорожке между двух сугробов.
– Ксю, – он грубовато дергает меня за рукав куртки, и мне приходится остановиться.
– Что?
– Зачем убежала?
Убираю руки в карманы и увожу взгляд в сторону. Интонацию, вопреки всем эмоциям, я стараюсь держать ровной:
– Просто хотела пройтись.
– Серьезно?
– Да, – я силюсь улыбнуться, – просто развезло. Ты возвращайся, я сейчас тоже приду.
Саша своим сумасшедшим взглядом все равно находит мои глаза и удерживает. Касается ладонью шеи, говорит:
– Мы это обсуждали. С тусовок нельзя уходить вот так.
Попавшись в ловушку его взгляда, я замираю. Да, мы и правда это обсуждали. Даже изучали цифры смертности, особенно зимой, тем более после вечеринок. Договорились никогда не уходить по одному. Я все это знаю.
Подаюсь назад, говорю:
– Просто хотела на воздух.
– Тогда я с тобой.
– Нет, – выдаю быстрее, чем успеваю подумать.
– Почему?
Я отхожу еще на несколько шагов назад. Взгляд у Саши какой-то шальной, я сейчас с ним разговаривать не хочу.
– Чига, – давлю прозвищем на интонациях, – оставь меня, ладно? Я хочу домой.
Он фыркает, усмехается, склонив голову на бок. Потом делает шаг вперед, снова сокращая расстояние между нами. Говорит:
– Домой? Ты не хочешь.
Я хмурюсь. Все внутри от эмоций взрывается, я едва поспеваю за тем, чтобы скрыть эти первые реакции.
Отвечаю:
– Тебе откуда знать?
Разворачиваюсь и иду дальше по заснеженной дорожке. Но Саша снова хватает меня за рукав куртки, разворачивая на себя.
– Саня, блин! – Я отпихиваю от себя его руки. – Отстань!
– Да что не так? Ты обиделась?
– Нет, – выплевываю ядовито против воли, – иди целуйся с Катюшей дальше.
– Ксю, – он снова тянется ко мне.
И в этот момент, наверное, у меня заканчиваются все силы, которые я прикладывала, чтобы выстроить защитные барьеры. Размахнувшись, бью его кулаком в грудь, а потом еще раз и еще.
Чигарев почти не пытается меня сдержать, только изредка перехватывает руки, но как-то вяло. Меня же сносит волной ненависти ко всему этому миру. Я отбиваюсь, луплю везде, куда только могу достать. По плечам, по животу, стараюсь достать до лица. Саша, вдруг очнувшись, старается меня спеленать своими руками.