– Ноги в лапы, зубы в руки! – Она сдернула мальчишку со стула, не особо заботясь о каких-либо церемониях. С тем же успехом она обычно стаскивала наволочку с подушки. – Мне не нужны проблемы!
Якова пришлось буквально толкать в спину. Как-то он не особо горел желанием выпихиваться из Даниной квартиры. Мотивации ему придало только обещание скинуть рюкзак с его коньками вниз между пролетами лестниц.
Жаловаться на свою пунктуальность Дане никогда не приходилось. Все делала вовремя. И сейчас, несясь по лужам и таща за собой белобрысую причуду природы, она размышляла, в какой момент ее уже малость устаканившаяся жизнь жахнулась в тартарары?
В вагон поезда они влетели на полной скорости. Даня остановилась отдышаться у раздвижных дверей, а Яков, ничуть не запыхавшийся и полный сил, проследовал прямиком к противоположным от входа дверям и, развернувшись, прислонился спиной к поручням. Осмотревшись, мальчишка сильнее натянул капюшон. В созданной тени виднелся лишь кончик бледного носа, а по краям торчала пара выбившихся из корявой косички светлых прядей.
Надеясь, что Принцесса даже на расстоянии ощущает исходящую от нее волну негодования, Даня прибила ладонью собственные встопорщенные волосы. А потом посмотрела на Якова. Тот, похоже, давно ждал ее внимания. Подняв руку, мальчишка поманил ее пальцем, а потом медленно указал куда-то на пол перед собой. Это можно было истолковать как «Иди сюда и прикрой меня своим телом, солдат», так и «На колени, несчастная! Пади ниц перед Сияющим!»
Плюхнуть в нос Принцессе захотелось и за первое толкование, и за второе. Однако, заметив, что утренняя людская толкучка начала настигать Якова, Даня поспешила к нему. Опершись правой ладонью на дверь, а левой рукой ухватившись за поручень, девушка превратила себя в живой щит. Подобраться к Якову можно было лишь через нее.
Вот и снова зажала его в уголочке. В какой раз уже?
Но Яков абсолютно не нервничал. Похоже, паника его обуревала только тогда, когда они оставались наедине. На публике же он чувствовал себя свободно.
Или защищено? От Дани?
– Не подпускай ко мне никого, – распорядился Яков, по-царски располагаясь в выбранном углу. Даже руки на поручни возложил как на подлокотники королевского трона. – Вдруг меня загрязнят. Или еще хуже… – Он сделал большие глаза. – На меня ПОДЫШАТ.
«Издевается?» – Даня мрачно глядела в ответ.
– Скажи мне телефон Глеба. – Она нащупала в кармане мобильник. Пару минут назад обнаружилось, что визитная карточка, врученная ей гендиректором Левиным, благополучно куда-то задевалась. – Попробую смягчить последствия.
– Я не помню его номер. – И «причуда природы» сделала морду кирпичом. Красивым таким кирпичом.
– Врешь. – Даня не смогла удержать шипение.
Неопределенное пожатие плечами и тоже несущее в себе нечто неопределенное. Яков подставил ее. Технично подставил.
«Ну и черт с тобой!» – Даня демонстративно повернулась спиной к нему. Щит остался щитом, но очень-очень разозленным. Сторожевой пес нынче не в духе.
– Ой! – удивленно воскликнул стоящий рядом парень, которому Даня при выполнении маневра старательно отдавила ногу.
– Извините. – Даня смущенно заулыбалась.
– Ничего. У меня запасная есть. – Парень послал ей ответную улыбку.
Симпатичный. Рыженький и кудрявый. Даня бойко оценила общую комплекцию объекта и осталась довольна. Ее последние отношения завершились около месяца назад. Пора было найти себе нового временного парня. В кино там вместе ходить… Романтик устраивать. А потом постель. Много-много постели. Стресс накопился. А плотские утехи могли бы помочь.
Даня уже было открыла рот, чтобы начать свою обычную программу соблазнения, как вдруг уловила краем глаза какое-то мельтешение над своим плечом. Рыженький ухажер отвлекся от девушки и, продолжая удерживать на лице глуповато милую улыбку, посмотрел на возмутителя спокойствия. Даня тоже повернула голову. И обомлела.
Яков, наполовину стянув с себя капюшон – так, чтобы его лицо мог рассмотреть только ближе всего стоящий к ним Рыжий Кудряш, – качнулся вперед и ухмыльнулся. А потом подмигнул парню. Игриво подмигнул.
Рыжий оторопело вытаращился, а секунду спустя покраснел. Резко куда-то засобирался и, запинаясь о собственные ноги, заторопился к выходу.
Капюшон возвратился на белобрысую макушку. Яков вернулся в позу «величественная персона изволит освещать своим великолепием сию убогую обитель».
– Не флиртуй с парнями! – Даню аж тряхануло от злости. – У меня тут вообще-то кое-что наклевывалось.