Видимо, классная решила прямо на ходу прибить Даню теми аргументами, которые не сумела использовать изначально при их беседе. Ведь та должна была пройти без Куряхиных.
– Вы молоды. И вам наверняка тяжело заботиться сразу о троих. Вы не сможете дать мальчикам должного воспитания. Точнее… – Она запнулась на полуслове и попыталась помочь себе бурной жестикуляцией. – Я вовсе не говорю, что у вас плохо получается. Просто у вас сейчас такой возраст, когда вовсе не до детей. Вы ведь не замужем? Наверняка вам хочется больше отдыхать, развлекаться, а не работать, чтобы кормить троих. Понимаете, если берете на себя бремя, которое потянуть не в силах, это будет отражаться на детях. И, как видите, уже отражается.
Рядом с ними по асфальту прокатился футбольный мяч. Дане безумно захотелось сменить его направление и зафутболить снаряд прямо в нос Ирине Михайловне.
Они вышли за пределы школы и двинулись по дорожке вдоль ограждения. А классная все не отставала.
– Вот если бы у вас был муж. То это дело другое. У вас же мальчики растут. Парням нужна суровая мужская рука. А такой одинокой девушке как вы сложно удерживать их в узде. Они же не будут к вам прислушиваться. Не принимайте за оскорбление, но, если честно, вы не очень надежная семья для детей. Одна хрупкая девушка, отвечающая за мальчиков-подростков, – это не лучшая атмосфера для развития…
Даня поняла, что ее уровень культуры чрезвычайно высок, потому что даже после своей «обличающей» тирады классная не оказалась приплюснута пухлыми щеками к холодным прутьям ограждения. А ведь Дане неимоверно хотелось брякнуть разболтавшейся женщине по затылку, а потом отвесить пару оплеух.
Ирина Михайловна, отчего-то вдохновившись, умолкать не собиралась и продолжала откровенничать. Вполне возможно, что через каких-то пару минут лоб классной все же поприветствовал бы металлическое ограждение школы. Но ее спас голос.
– Даниэла!
Оклик, из-за которого Даня остановилась как вкопанная и вытаращилась так, будто впереди рядом с припаркованным у бордюра черным «БМВ» стоял огромный лохматый лось.
Лось и «БМВ».
Вернее, гендиректор Левин и крышесносно дорогая тачка. Прямо здесь. У школьного ограждения.
Так вот что значило то сообщение.
– Добрый день. – Приблизившийся к ним Глеб был безумно хорош. Даня вынуждена была это признать. В этом своем расстегнутом пальто, щедро открывающим вид на отлично сидящий на нем костюм, и чуть взлохмаченными волосами молодой мужчина (определение «парень» для этого субъекта теперь звучало слишком просто) выглядел как воплощение фантазий амбициозных девчушек, тратящих последние деньги на проникновение в дорогие клубы ради встречи с «единственным и неповторимым».
Приятный парфюм защекотал обоняние, а глаза решительно отказывались моргать лишний раз, чтобы не отрываться от впечатляющего образа. И хотя в голосе больше не слышалась та эротичность, что звучала по телефону, Глеб своей эффектности не утратил. Кое-кто явно умел подавать себя как профи. И даже без завораживающих интонационных фокусов.
Даня покосилась на свою сопровождающую. Челюсть Ирины Михайловны благополучно уехала вниз. Похоже, она была не из публики шныряющих по элитным клубам дамочек, а иначе бы среагировала менее болезненно. Судя по прибалдевшему виду, явление Глеба нехило так шандарахнуло по хрупкому восприятию женщины.
Глеб улыбнулся Ирине Михайловне – выдержанной и несколько холодной улыбкой. Дозированное внимание.
– Нам пора. – Улыбка, адресованная Дане, уже ничем не дозировалась. Глеб кивнул на «черного красавца».
«Очнись, Шацкая!» – одернула себя Даня. Она посмотрела на Геру. Тот пялился на Глеба так, будто тот самый лохматый лось подошел к нему стрельнуть леденцов. Без сомнения, вечером старшей сестре предстоит долго и убедительно объясняться.
«Да к черту все!»
Даня шагнула к Глебу и, встав рядом, провела ладонью по его рукаву.
– Завезем сначала Георгия, милый?
Ее аж затошнило от собственной смелости, но отступать было поздно. Ведь Ирина Михайловна смотрела.
Глеб внимательно проследил за движением ее пальцев, скользящих по плотной ткани рукава, а потом взглянул на нее.
«Дурында, дурында, дурында! – внутренне запаниковала Даня. – Зря начала!»
– Конечно. – Глеб улыбнулся и мягко приобнял ее за талию. – Завезем.
Гера дернулся, но промолчал. А нервы Ирины Михайловны сдали окончательно.
– А-а-а… – слабая попытка сформулировать хоть что-нибудь.
Не очень информативно, но Дане такая реакция пришлась по вкусу. Беспокоило одно: сильная мужская рука все еще продолжала пребывать на ее талии.