– Госпожа менеджер. – Фаниль пополз к Дане. – Что будем делать? Я жажду приступить к работе! У меня уже столько идей. Я понял, что могут возникнуть трудности еще вчера, когда моя прелесть, твоя Принцесса отверг меня. Поэтому и решил, что трогать его для меня будешь ты, Даняшенька.
«Даняшенька?!»
Первым порывом было схватить с тумбочки вазу с чупа-чупсами и ушатать ею дизайнера. Прямо по вспенившейся макушке.
– Точно, Фаниль же предлагал такой вариант вчера. – Шушу энергично закивала. – Вы еще договорились с ним…
– Ни с кем я ни о чем не договаривалась, – взбрыкнула Даня. – Я вообще ваши слова тогда всерьез не восприняла!
– О, не страшно. – Позитив из Фаниля было и мухобойкой не выбить. – Сделаем это прямо сейчас.
– Почему я? – Даня не теряла надежды отвертеться. Как вообще так все обернулось?
– Шушунечка не подходит, – терпеливо объяснил Фаниль и, повернувшись к Шушу, залебезил: – Ты хоть и мастер-волшебница, моя радость, и кисточками-красками орудуешь как богиня, но руки у тебя все равно не те. Пальчики будто сарделинки. А мне нужны похожие на мои. С длинными пальцами. И кожей, плотно обтягивающей каждую костяшку. Вот как у нее. – Красноречивый взгляд последовал в сторону новоиспеченного модельного менеджера.
– У меня?! – неприятно поразилась Даня. – Хочешь сказать, что мои руки похожи на твои?!
Абзац. Они все уже перешли на «ты». Как давно это случилось?
Где же эта атмосфера деловых встреч, к которым так привыкла Даня? Избыточная вежливость, хладнокровие, необходимость держаться на расстоянии и вечная настороженность? Строгие костюмы, пожатие рук, вежливые улыбки и постоянная бдительность?
А это просто какая-то деревенская свара. Гламурная деревенская свара.
– У тебя такие же прелестные пальчики, как и у меня. – Фаниль сиял.
Даня как-то незаметно для себя начала отступать, пока в бок ей не ткнулось что-то твердое.
– Осторожно. Ноги отдавишь, – проворчал Яков, отодвигая от ее бока свой телефон. Им-то он и ткнул ее под ребра. Сам мальчишка устроился на краю кровати, будто бы собираясь подняться.
«Как насчет возразить?» – процедила сквозь зубы Даня, намекая на чудесную способность Якова всем устраивать проблемы.
– Время теряем, – будто не слыша ее, буркнул Яков. Он встал и потянулся. Фаниль проследил за этой сценой с жадным вниманием. – Работать надо.
«Погодите-ка. Не этот ли субъект пару минут назад распылялся угрозами и требовал, чтобы я к нему больше никогда не прикасалась? Алле, Принцесса, ты же сам себе противоречишь!»
– Остальные должны выйти, – отдавал распоряжения Фаниль. – Мне нужно сосредоточиться. Останется только Даняшенька. Она – мои руки.
«О, это звучит отвратительно».
Воспрянувшая духом Шушу, пожав плечами, повернулась к Петро.
– Ну что, по печеньке?
– Ох, а я думал на эту неделю уже завязать с бухлом. Но ты такая убедительная.
Оба быстренько собрались и мгновенно ретировались.
«Нет, не уходите», – панически пискнул внутренний голос Дани.
А затем замок двери щелкнул. Полная изоляция.
Глава 13. Нежнее и мягче
Помацать тощего пацана – да не вопрос. Какие уж тут трудности? Обнаженных мужчин Даня в своей жизни повидала уже немало – хотя здесь и нечем было гордиться. А тут всего лишь потрогать парня и, в общем-то, вполне одетого – ха! Да запросто!
Но что-то все равно было не так. Чем отличается этот случай от множества других, Даня так и не сумела понять.
«Жесть. – Она присела на краешек кровати. В районе затылка нарастал жар. – Волнуюсь, как девственница на жертвоприношении. Шацкая, ты ли это?»
Буравя взглядом спину Якова, Даня, максимально понизив голос, спросила:
– И как ты вообще согласился на такое?
Мальчишка покосился на нее через плечо.
– Альтернативы так никто и не предложил. Не мне же за вас всех думать. Мне платят за другое.
– Вовремя включил меркантильность. Не собираешься защищаться? Ты же недотрога. Тебя бесят чужие прикосновения.
– Я и так максимально себя защитил. Из двух отвратительных персон я выбрал наименее противную.
Мысленный анализ фразы выдал любопытный результат.
– Выходит, я тебе менее отвратительна, чем Фаниль?
– Выходит.
– О, радости-то сколько.
– Окей, бамбинки, посовещались? – Фаниль продемонстрировал им раскрытые ладони с видом позитивного хирурга, на добродушной ноте сообщившего пациенту, что скальпель был забыт где-то среди его внутренностей, но сейчас все будет тип-топ. – А я уже настроился! Раздевайся!