Вошёл в девчонку с содроганием, с почти болезненным стоном. Совершая судорожные рваные движения внутри снова и снова, не выдержал и обернулся в сторону кресла. До этого я боролся с раздирающими меня противоречиями: со стыдом, терзающим нутро, с виной, которую я испытывал перед девушкой. И с нарастающей внутри покалывающей истомой, которая вот-вот выплеснется наружу. Но в момент, когда я встретил эти две горящие зелёные точки, тяжёлым взглядом следящие за моими неумелыми движениями, с наслаждением, с интересом, с вожделением, осталась только сладкая истома, и я кончил. Так неправильно, так гадко. Я ужасен.
В моём списке ненависти не появилось новых имён, ведь и моё и отца уже давно туда вписаны. Только снизошло самопознание о том, что с этим убогим ублюдком мы на такие уж разные.
Хриплый смех вывел из прострации. Этот гад приближался, производя редкие рукоплескания. Девчонка выпрямилась по струнке и встала рядом.
- Свободна…- томно озвучил извращенец, - пока что…- его брюки топорщились, выдавая возбуждение.
Я сплюнул ему под ноги, когда за девчонкой закрылась дверь. Папаша схватил меня за горло с бешеным рывком, чуть не оторвав от земли. Чертов сукин сын.
- ЭТО твоя благодарность, паршивец?! За то, что поделился СВОИМ?! Такому слабаку, как ты, не светило бы даже отсоса без моего приказа.
- Может догонишь - спросишь, кто ублажил её лучше: я или ты, старый козёл? - выплюнул прямо в лицо, даже хватило смелости криво усмехнуться.
Вполне ожидаемо, что вместо ответа получил размашистый удар по лицу, парировал локтем в грудную клетку. Воздух выбил, но только добавил масла в огонь. Весовая категория у нас всё ещё слишком разная, сказывается недостаток питания. Поэтому я проигрываю тогда, когда после нескольких взаимных успешных атак оказываюсь на полу.
Не слишком сопротивлялся избиению, потому что в глубине души хотелось наказать себя за нездоровое влечение, за то, что мне понравилось делать это на его глазах. Алая жидкость застилала взор, мир угасал. Последнее, что запомнил, что этот урод всё-таки расстегнул свои, ставшие ещё более тесными, брюки.
Так я узнал, что его не просто будоражила чужая боль, она вызывала в нём сексуальное влечение, желание, которое он не применил поскорее удовлетворить.
Глава 17.
Глава 17
София.
Мне казалось, я задохнусь под лавиной этих взглядов. Даже не знаю, что хуже: вчерашняя чья-то гадкая выходка с выложенным видео или пришествие демона Антона. Наверно второе, потому что оно отчего-то ярче всего остального запечатлелось в памяти одноклассников. Ира деликатно держалась половину уроков, но на литературе и её терпение иссякло:
- Софи, это не моё дело, - вкрадчиво начала она, - но…эта ситуация с тем взрослым парнем…
Понимаю, что она хочет сказать, а не слишком ли я запуталась в своих связях с противоположным полом. Меня и саму одолевали эти мысли, но ответов на все поселившиеся в душе сомнения, у меня нет даже для себя самой.
- Мы не встречаемся, - заверила её я.
Девушка нерадостно покачала головой.
- Если до Миши дойдут эти слухи, если уже не дошли, всё станет только запутанней, - констатировала она.
- Девочки, раз уж вы и так заняты активной речью, то прошу присоединиться к нашему обсуждению антиутопии «Мы», которая была задана вам на прочтение на прошедшие выходные, - пристальный взгляд учительницы в нашем направлении заставил Ирину заерзать на стуле, из чего мной был сделан наверняка верный вывод о том, что с произведением девушка не ознакомилась, - как вы видите мировоззрение главного героя? Обратите внимание, что я не задаю вопрос: что хотел показать автор, нам это неведомо. Хочу услышать ваши мысли.
Класс замолчал, хотя до этого ни один из выступающих не удостаивался такого пристального внимания.
- Д-503, в моём понимании, слабый безвольный человек. Ведомый более сильным влиянием других людей, плывущий по течению, живущий под гнетом системы. Трус и предатель, пожелавший избавиться от проблем самым легким способом, не взирая на то, что поставит под удар этим решением близких людей.
- У кого-то есть иное мнение или вопросы к Софи? - учительница с трудом вернула по мере моего повествования ушедшие на лоб брови на прежнее место, - Михаил, мы вас слушаем.
Парень опустил руку и, к моему удивлению, развернулся ко мне лицом, чтобы вступить в прения:
- Что он предал? Разве у него изначально были какие-то идеалы или принципы? Может быть, I-330 не стоило в собственном подсознании наделять рядового «нумера» теми качествами, которых в нём не заложено? Так поступают только глупцы, а революционерка глупой не была, значит, она просто пыталась использовать инженера в собственных целях, за что и поплатилась.