Когда я присаживаюсь рядом мне пододвигают пышущий жаром бокал. Делаю глоток и удивляюсь: мёд, мята, душица и зверобой… Ничего из этого нет в доме у матери.
- Спасибо, - спустя некоторое время первая нарушаю молчание, и самое странное, что неловким оно не было.
- Это просто чай, - хрипловато отзывается гость, наблюдая за мной поверх кружки в руках. Заострённые черты его лица дрожат в клубах пара, только зелёные радужки продолжают светиться двумя драгоценными камнями. Глаза зверя.
Неожиданно осознаю, что в особняке слишком свежо, даже холодно. Отопление отключилось вместе с электричеством, а на газовое я не перевела. Дом остыл. А меня, напротив, под этим пытливым взглядом бросило в жар. Дивясь собственной реакции, начинаю разговор, который рано или поздно все равно произойдёт:
- Чего ты хочешь?
Молодой человек напротив слегка склоняет голову набок, со стороны кажется, что он обдумывает ответ. В его выразительном прищуре, я вижу своё растрёпанное отражение: разметавшиеся волосы, обветренные губы, раскрасневшиеся щеки и нос, а ещё - ожидание в глазах.
- Тебя.
Глава 13.
Глава 13.
АНТОН.
Соврала. А я сказал мелкой девчонке то, что та хотела услышать, а она взбесилась. С грохотом обрушила пустой стакан на каменную столешницу и вскочила с места. Цепанул влажным взглядом взволновавшуюся грудь и узкую талию. Называю её мелкой, но с каждым разом убеждаюсь в обратном. Высокая, крепкая, подтянутая, и наверняка упругая…уже легальная…Её рот продолжает сыпать упреками, а я хищно облизываюсь, едва сдерживаясь, чтобы снова не нарушить данное когда-то обещание и не заткнуть его своим языком или чем-то ещё... Я знал, что наш поцелуй это большая ошибка, что не стоило поступаться принципами даже ради благополучия близкого человека, но… А сейчас, я попался в ловушку, которую так старательно избегал несколько лет. Медленно поднимаюсь. София краснеет и замолкает, когда прослеживает моё недвусмысленное возбуждение, все мои помыслы бегут неоновой строкой по лбу с того самого момента, как она прижалась ко мне на танцполе. Пятится назад, но от меня не сбежать и не скрыться. Хотя, так даже забавнее. Нет ничего более сексуального, чем ускользающая добыча.
- Не подходи, - велит она, отходя, но упирается спиной в колонну.
Зажимаю строптивую девчонку между собой и каменным выступом, врезаясь руками по обеим сторонам от её лица. Будь это не камень, а штукатурка, посыпалось бы все к чертям собачьим прямо под ноги. Кстати о ногах…Уворачиваюсь от ожидаемого удара коленом в пах. Дерзкая и смелая. Возбуждает и бесит. В общем, меня устраивает. Толкает в грудь, сильнее, чем могли бы многие другие девчонки, но и этого недостаточно, чтобы я сдвинулся с места хотя бы на миллиметр. Осыпает градом ударов, и в какой-то момент становится ясно, что предназначаются они не мне. Это скопившееся напряжение хлынуло наружу. Девчонка всхлипывает и сопит, хотя я её и пальцем не тронул. Желание взять её за волосы и опустить на колени куда-то в миг улетучивается, когда она сползает спиной вниз, и обхватывая колени, начинает рыдать. Подумываю послать все к черту и свалить, у меня есть с чем возиться и помимо нытья какой-то школьницы. Но что-то в её виде трогает меня, и я начинаю злиться. Испытывать жалось - быть слабым. Быть слабым - быть побеждённым.
- Я не собираюсь брать тебя силой, - пребывал в полной уверенности, что это должно её утешить, но девчонка не унималась.
Сажусь рядом и жестко трясу её за плечи, пытаясь привести в чувства. Порывисто выпрямляюсь, злясь ещё больше.
- Прекрати! - не прошу, приказываю, всё же мечась по кухне в поисках возможного решения.
С размеренностью маньяка в комнате для пыток перебираю кухонную утварь в выдвижном ящике. И моя обеспокоенность раздражает и выводит из себя. Любая бы хотела оказаться на её месте, а эта…То язвит, то права качает, то дерётся, а сейчас вообще вместо того, чтобы в экстазе извиваться подо мной, расселась на полу в ручьях собственных слез. Что-то пытается бормотать, почти захлёбываясь. Выхватываю из ящика ковш, заполняю его водой наполовину и выплёскиваю ей на голову, ровно также как она на меня свою истерику. Не лучшее мое решение, но дело сделано. София поднимает на меня ошалелый взгляд, а я инстинктивно снова готовлюсь защищать пах. Но она лишь неуверенно поднимается, опираясь на колонну и пошатываясь бредёт в гостиную.
Проследовал за ней, застал у серванта, она лихим движением раскупорила бутылку дорогого виски. Пригубила, слизнула языком остатки жидкости с губ, запрокинула голову и не морщась сделала несколько крупных глотков. Все это время зло в упор глядя на меня, будто это какое-то соревнование, в котором я в отстающих. Точно, я же ляпнул ей, что не пью. Запомнила, значит. Усмехаюсь. Подхожу в плотную к провокаторше. Медленно обхватываю её сомкнутую ладонь, девушка вздрагивает от неожиданности. Рывком отбирая бутылку, выливаю в себя двойную порцию от её дозы, ощущаю сладкий вкус её губ на горлышке.