Хаотично соображала, что могло бы мне сейчас помочь, дать фору, скрыться и больше никогда не встречаться ни с ним, ни с его кровожадным папашей. Внезапно почувствовала в себе болезненный укол, мысль о неизбежном расставании отчего-то давалась нелегко, что пугало пуще прежнего.
- Спасибо, - кивнул незнакомец Антону, и обратился ко мне, - может, зайдём внутрь, познакомимся поближе, - предложил он, окидывая похотливым взором с ног до головы. От парня несло перегаром и темными делишками, но по сравнению с угрозой жизни исходящей от третьего здесь присутствующего, это все казалось незначительным, - ты, вроде бы как замёрзла?
Какой наблюдательный. Избегая сверкающих зелёных глаз, готовых распять меня здесь и сейчас, вкрадчиво произношу:
- Может сразу к тебе?
Сглатываю ком, подступивший к горлу. Главное убраться отсюда, а там разберусь. Попрошу таксиста притормозить и выпрыгну или буду умолять его вызвать полицию. Что-нибудь придумаю. Ничего он мне не сделает, чего явно не скажешь о хозяине пристанища крылатых.
- Какая ты резвая, - подмигивает мне незнакомец, - погнали, тачка тут рядышком припаркована, домчу мигом, даже заскучать не успеешь.
Он только что сказал, что сядет в таком состоянии за руль? Вот черт…
Не успела я обдумать новые исходные данные, как меня взяли за руку и повели за собой. Уходя, всё-таки мельком цепанула лицо Антона, сложно сказать, что конкретно оно выражало, но мне стало как-то не по себе. Потому что я чувствовала его напряжение на расстоянии, к удивлению, он не был зол, скорее даже наоборот. Парень зловеще улыбался. И тогда я осознала - он найдёт меня. Везде, где бы я не пряталась, достанет из-под земли, если заблагорассудится. Это игра. Кошки-мышки, где я - в роли грызуна. И сейчас кручусь в бесконечном колесе, как быстро не передвигай ногами, как ни старайся - остаёшься на месте.
Сажусь на заднее сиденье позади водителя, занудная бабка внутри припомнила, что оно считается самым безопасным. И вдруг меня пронзает осознание, конечно же этот «крылатый» гад надеется, что за него грязное дело сделает пьяный водитель. Ему только на руку, если со мной что-то случится и ненужный свидетель его девиантного поведения канет в лету без его непосредственного участия. Однако, когда машина двинулась, Антон мгновенно перестал улыбаться. Он удивленно расцепил руки до этого сомкнутые на груди, делая неосознанный шаг в нашем направлении, но сразу замер, провожая меня теперь уже злым растерянным взглядом.
*******
Мы гнали по автостраде, стало страшно почти сразу, сердце зашлось в груди с неистовой силой. Машина виляла, её периодически заносило, колёса пробуксовывали.
- Остановись! - закричала я в который раз, но парень рассмеявшись, продолжил играть в «шашки» с другими участниками дорожного движения.
Накрыл пробирающий до костей ужас оттого, что ничего не могу сделать или изменить, отмотать время назад. Эта ситуация такая глупость, непростительная глупость. Мой разум обычно бесконечно считывающий информацию и подбирающий лучшие варианты, сейчас зашел в тупик. Полнейшая безысходность.
Мотаясь, схватилась за пересекающий мою грудь ремень безопасности, как за единственную соломинку отделяющую меня от мира мертвых. Сирена. Нас преследует патрульная машина. Даже несколько.
- Ща поборемся! - заорал незнакомец спереди и, судя по последовавшему резкому рывку авто, вжал в пол педаль акселератора.
- Водитель красного BMW прижмитесь к обочине, повторяю, прижмитесь к обочине, - заголосил громкоговоритель.
Куда им на старых корытах до спортивного внедорожника, в котором я сейчас находилась, они нас никогда не догонят…вернее будет сказать, не догонят, пока мы на ходу… И, судя по знаку начала магистрали впереди, остановимся мы не скоро. Или, по крайней мере, не по собственной воле, а встретившись либо с отбойником, либо с другим транспортным средством, проиграв в шахматы. Через какое-то время сирены начали утихать, и мы продолжили движение под зловещий шум колёс.
- Водитель красного BMW прижмитесь к обочине, повторяю, прижмитесь к обочине, иначе мы будем вынуждены открыть огонь, - бело-синий «жигуль» ДПС вырулил откуда-то справа.
- Остановись же! Ты нас убьёшь! - кричу я.
Предупредительный. Пока в воздух.
Сердце пропустило удар.
Этот чокнутый не собирается останавливаться. Выпрыгнуть на такой скорости равно суициду. Вырвать у придурка руль или поднять ручник - аналогично.