- Ты то может и взрослый, а я все равно маленькая.
Чиж на минуту задумался, а потом решительно выдал:
- Но когда-нибудь и ты вырастишь, а я буду ждать.
- Обещаешь? - стягиваю перчатку, протягивая мальчику мизинец.
- Обещаю, - кивает он, - А это для чего? - уточняет, рассматривая мою руку.
- Обещание надо скрепить, чтобы его нельзя было нарушить.
- Ты снова мне не веришь? Я никогда не беру свои слова обратно!
- Не в этом дело, традиция такая, давай сюда мизинец, - скрещиваю наши пальцы вместе и прошу повторить своё обещание ещё раз. Мальчик непоколебимо делает это и почему-то начинает мечтательно улыбаться.
- А как ты думаешь, может Чиж стать вороном, если клятвенно пообещает себе? Или это невозможно? - вдруг его улыбка сходит на нет, и я понимаю, что от моего ответа зависит вернётся ли она снова.
Я была не глупа, и однозначно понимала, что маленький воробей рождён быть собой и никогда не станет кем-то другим, но разочаровывать этого очаровательного ребёнка совершенно не хотелось, и я полным уверенности голосом ответила:
- Конечно, только нужно очень постараться.
Хруст снега и топот множества ног услышала слишком поздно, «казаки» уже окружали нас.
- А это не тот пацан, который в прошлый раз сдал нас бабке Вале. Она нам за свои яблочки все «яблоки» начистила, - припомнил Славик, он был самым старшим из нас, мальчишке уже исполнилось одиннадцать.
- Точно! Мне потом две недели сидеть больно было, - согласился с ним Пашка, вечный прилипала и подлиза.
Я не совсем понимала, о чем речь, но день, когда баба Валя гоняла этих двоих по всем дворам с розгами наперевес, все поселение помнить будет.
- Ну и поделом вам. Вы два лба ей ещё и забор сломали, - встала я на сторону Чижа, неосознанно делая шаг и закрывая его собой.
- Смотри-ка у него в защитниках наша шестилетка, боюсь, боюсь, - присвистнул вредный мальчишка.
- Мы все дрожим, - захохотали остальные.
Мальчишеская свора злобно блестела глазами, сужая круг и явно замышляя недоброе.
- Беги! - крикнула я Чижу, но он, на моё удивление, остался недвижим, только кулаки сжал.
Моей детской фантазии не хватило, чтобы полноценно оценить возможные последствия стычки тщедушного Чижа и шестерых пацанов, воспитанных улицами. Но смекалка была, поэтому, когда они кинулись на него, я направила на них свой праведный гнев единственным доступным способом - заготовленными снежными залпами.
- Мерзавка мелкая! Схватите её, тащите сюда, - скомандовал Славик, и команда преследователей разделилась: половина за мной, половина за Чижом. Может так у него хоть шанс будет.
Бросилась наутёк в сторону мостика, но вероятность удачного исхода изначально ровнялась нулю, меня почти сразу настигли «казаки». Один из них резко дернул капюшон, отчего, потеряв равновесие, я стала падать. Неудачно заваливаясь прямо между перил. Глянула мельком вниз - очень высоко, дыхание перехватило. В жалкой попытке удержаться, повисла на бессильных пальцах, уцепившись за края деревянных досок. Но силёнок не хватило и я сорвалась.
- Соня! - раздался вопль Чижа, остальные же мальчишки бросились врассыпную. Трусы.
Удар о корку льда и всплеск. Не сразу поняла, почему так жжет ноги и поясницу. Я ещё не умею плавать. Подбежав, мальчик упал коленями на мост, снял с себя шарф, опуская один его конец мне, и держась за второй потянул. Но я слаба, мне всего шесть, а курточка и дутики пропитались ледяной водой и безапелляционно тащили меня вниз. И с этой силой ни мне, ни мальчишке не тягаться. Хотя должна признать, он не отчаивался и оценивал ситуацию довольно трезво.
- Я намотаю шарф на поручень, и спущусь к тебе! Держись!
Липкий детский страх не овладел мной. Отчаяние и безнадёга не поселились внутри, хотя шептали, что это конец, что я сейчас проживаю свои последние минуты. Моя судьба не была мне безразлична, но я целенаправленно сохраняла рассудительность. Однако, боль, холод и толща воды поглощали меня, сил держаться уже не осталось, хотелось спать…
- Соня! Не закрывай глаза! Смотри на меня! - голос Чижа будто был совсем близко, скорее всего показалось. Все вокруг в пелене, в тумане, - Смотри на меня, сказал! Соня! - он зовёт меня, надо собраться, надо ответить.
Следуя за его требовательным голосом, распахиваю глаза, мне не померещилось: мальчик, сбросив верхнюю одежду, полз по тонкому льду к полынье лишь в одной черной водолазке. Он очень рисковал, лёд не выдержал меня, а у него шансов было ещё меньше. И вот тогда я испугалась. Что это нежное создание умрет из-за меня, так глупо, так бесполезно.
- Не надо…- прошу я, - не приближайся…
- Я знаю, что делаю. Почему ты снова не веришь мне? - его голос звучал умиротворяюще, спокойно и мне и правда очень хотелось доверять этим словам, но факты были не в их пользу.