- Продолжай.
- Какие ещё варианты? Вы же не обезглавите весь Восток? Не бросите наши земли в междоусобицы? Пожалуйста, там больше сотни городов, их жители не заслужили нового витка грызни за власть!
Кажется, опять я путаюсь… Мне с императором нужно было говорить вот так! Но на удивление её величество тоже кивает - а потом в какой-то момент поднимает руку:
- Ты совсем не говоришь о себе. Только о нём.
- Но мне не угрожает опасность.
- Мне рассказали, что ты - девочка без особых навыков, которая пару дней назад стала драконицей. На твоём месте большинство считали бы, что они в жуткой опасности! И просили взять их под крыло, в Коллегию его величества.
Правда?..
Может, я и действительно… отчаялась. Не знаю. Арракас спит, моё тело словно онемело - и душа тоже.
Женщина передо мной берёт паузу. Каким-то неожиданно простым жестом поправляет красивую юбку - а потом зовёт миловидную служанку.
- Принеси нам, пожалуйста, отвара… - И уже мне: - Посиди со мной ещё. Расскажи мне тоже… о себе. Мне интересно.
- Почему? – чувствую, как тело сковывает от удивления.
- Ну хотя бы потому что ты юная девушка. Женщинам в Лайгоне непросто, это я поняла. И есть же такая вещь, как женская солидарность.
“Солидарность”?
Это не когда женщина, родившая тебя, пытается продать тебя подороже? И, видимо, не когда вы с другой девушкой дерётесь за выгодный брак? Не уверена, что видела много этой “солидарности” в жизни.
Но сама мысль греет. Слова и голос этой женщины - странным образом начинают успокаивать.
Нам приносят красивые кубки, сладости. Я впервые за сутки с лишним кладу что-то в рот!
И действительно начинаю рассказывать всё и ей.
Становится легче. Наверное, это обманчивое чувство. У неё аура, которая усыпляет бдительность, заставляет поверить, что всё лучше, чем на самом деле. Она сама выглядит уверенной и спокойной.
Наверное, есть люди, которые с этой уверенностью рождаются. Никогда не сомневаются в себе. Всегда поступают правильно!
Жаль, что я только простушка, которая маскируется под леди…
Мне остаётся одно: говорить. И ещё, и ещё.
Пальцы и запястья наконец успокаиваются от действия каких-то трав.
Дверь открывается…
Впиваюсь взглядом в императора. Он - в меня. Всё спокойствие разбивается как стекло!
- Что ты здесь делаешь?
- Всё в порядке! - встаёт её величество. - Я её пригласила… И страшная драконица не напала на меня.
Его лицо… меняется. Взгляд вспыхивает, проходится по ней как-то остро, рвано - видимо, проверяя магические плетения. Несколько размашистых шагов. Пальцы едва заметно дёргаются. Он внезапно выглядит живым, вообще не таким, как со мной!
Императрица разворачивается:
- Соль, я думаю, что ты сказала всё самое важное. Спасибо! Давай поговорим как-нибудь ещё, немного позже. Обещаю, что я тебя услышала.
Всё?..
В этот раз я подчиняюсь. Идя к двери, слышу её слова сбоку:
- Девочка стала драконицей. Я, может, тоже могу.
Поворачиваю голову…
- Вон, - сверкает на меня глазами император.
На выходе опять встречает охрана и Прайден. В этот раз мне чуть легче его воспринять.
- Молодец! - Он хватает меня под руку. И тихо: - Спасибо.
- Вы не могли бы тоже что-нибудь предпринять?! - шиплю.
- Я и так допрашиваю остальных, пытаюсь отделить правду от вымысла. Делаю что могу! Ты… это хороший шаг, с императрицей.
Замолкаю.
- Она показалась мне доброй. У неё большое влияние на императора?
Прежде, чем ответить, Прайден стреляет взглядом по сторонам.
- Большое.
***
И всё же, до конца дня в моей жизни нет просвета.
Лежу в камере. И весь следующий день меня практически не выпускают!
Я пытаюсь разговаривать с охраной. Пытаюсь придумать что-то ещё, на что-то повлиять! Может, хуже всего, что они не грубы со мной. Меня словно… осмотрели, изучили и признали неопасной. Но этого мало, ужасно мало!
Наконец, под вечер второго дня меня поднимает лорд Прайден.
- Идём.
Конечно, я подрываюсь! Ведут… недалеко. Это уже само по себе заставляет сердце тревожно забиться.
Коридор. Поворот. Небольшая комната перед другой комнатой. Там, среди чёрных отполированных стен, я снова вижу ледяного императора.
Конечно, он едва обращает на меня внимание. Заканчивает с охраной.
- Ваше…
Прерывает меня, выставляя руку. Обращается к Прайдену:
- Я поговорил с ним.
По позвоночнику прокатывается огонь. Арракас дёргается, тревожно просыпаясь.