В смысле, кто конкретно из магов?
- Полетим в мою крепость. Туда я призову восточных лордов. И я поговорил вчера с Дастом - он был так добр, что согласился лететь с нами. Заниматься продолжишь с ним и со мной.
- Ого, - только и могу выдохнуть! - Ты времени зря не терял.
Мой муж пойдёт против Прайдена Скорна, открыто? А я?!..
Думаю об этом. Шейдран тоже о чём-то внезапно задумывается, молчит.
И я молчу.
Мы открываем рты одновременно:
- Насчёт нашего брака, Соль. Мы могли бы…
- Нет смысла отрицать то, что случилось! - выдыхаю я. - Но и придавать этому большого значения тоже не стоит.
- Не стоит?
- Может, ты и поссорился со Старией, но ты же всё равно захочешь себе жену по статусу. Правда?
Наверняка он ещё и торговаться сможет, обещая кому-нибудь новому шикарный союз в будущем!
- А ты хотела бы, чтобы я выбрал жену по статусу? - как-то неожиданно раздражается мой муж.
- Знаешь… да, - подчёркнуто бодро улыбаюсь. - Я не расстроюсь. Понимаешь, чем больше я смотрю на этот высший свет, на эти интриги - тем больше понимаю, что всё это не для меня. Я никогда не впишусь. И не хочу. Я бы выбрала… другую жизнь.
Это совершенно честно - и ещё, как мне кажется, правильно. Не хочу его сдерживать!
Но лицо Шейдрана мрачнеет.
- Ясно. - Нож дёргается в красивых пальцах. На миг кажется, что в холле сгущается темнота. - Знаешь, собирайся после завтрака. Мы вылетаем с утра.
Я даже не возражаю.
Моя жизнь снова делает странный поворот. И я жду увидеть за ним разное… но всё равно оказываюсь не готова к тому, что получаю буквально через несколько часов.
37
Шейдран
Разглядываю и проверяю наши с женой пожитки. Забираю у неё из рук - получается резко.
Она злит меня с утра!
“Не стоит придавать этому большого значения”.
“Я благодарна”!
Зараза… Маленькая и невинная зараза - пытаюсь убедить себя. Я не лишал никого девственности, но даже мне самому в своё время первая близость казалась волшебной и страшной. Может, она просто… стесняется сказать, как ей понравилось?
Или ей не так уж понравилось - рычит всё внутри уязвлённо. Вызверяет!..
Хотя всё-таки в некоторых смыслах сейчас стало легче держать себя в руках. Мне было хорошо с ней вчера.
Я думал о ней? Думал…
Есть что-то сумасшедше-соблазнительное в том, как моя девственная жена стонала прямо время поцелуев мне в рот. Даже если это заклинание. И краснела после всего она тоже маняще…
У неё очень живые губы. Глаза, который непростительно красиво закатываются от удовольствия. Податливое тело, которое плавилось в моих руках - и всё это ударило в голову даже сильнее, чем я думал.
Сегодня ночью мне снилось, как она кричит моё имя. И я, ворочаясь, по-глупому представлял наши разговоры с утра.
Она скажет, что всё было прекрасно. Мы станем обжигать друг друга взглядами. Раздевать. И я понятия не имею, что это должно изменить - но если она скажет, что мы могли бы, могли бы пожить как пара, я не возражу.
Но она не сказала.
Даже мне не дала это сказать!
Рёбра распирает от возмущения - и какое-то незнакомое, вязкое чувство ворочается под ними.
Стараюсь скинуть его, давая зверю ломать тело.
И в полёте тоже пытаюсь отделаться от обрывков мыслей!
Но на меня накатывает всё сильнее. Всё вместе. И даже, с запозданием - то, что Стария мне врала.
Сознательно и серьёзно. И Равена врала! И давно?.. Сложно поверить, что такой вопиющий случай - первый…
Я чего-то не понимаю в женщинах?
Совершенно точно не понимаю!
Лететь не очень долго. Крепость, конечно, встречает нас ветрами, мрачными серыми скалами и такими же стенами. А из людей не встречает никто… Прекрасно. Где управляющий?
Сев на крышу, приходится пореветь, чтобы выбежали хотя бы слуги.
Людей у меня здесь откровенно мало. Надо будет нанять больше из города… и вообще подготовить это место к приёму гостей.
Проходя по старым холлам, невольно отмечаю, где забилась световая жила и стало слишком темно. Где обветшали гобелены. Ветер воет под крышей будто раненый призрак - и девчонка вертит головой по сторонам.
- Извини, но твоя крепость мрачнее, чем я представляла, - изгибает бровь, когда мы добираемся до комнат.
- Извини, что моё жилище не блестит золотом и обещанными в книгах рубинами Скорнов, - Киваю слугам, чтобы заносили вещи.