От этих мыслей невероятно паршиво.
Пару минут я стою, вдавливая кулак в стену и глядя в окно.
Пока магия не берётся клокотать внутри. Пока опять не начинает ворочаться зверь.
Потом тело внезапно само дёргается к двери. В пропасть!
Я поднимаюсь на этаж. И ещё на один. Иду к ней - с каким-то волнением, которого у меня не было перед женщиной, ещё не понимая точно, что будет.
Но точно зная, что больше эту дурь терпеть нет никаких сил.
Стучусь в дверь спальни - Соль должна быть у себя.
Никто не отвечает.
Стучусь снова, жду. Толкаю дверь - заперто изнутри.
Раздражение плещется в крови. Зову, всерьёз, нетерпеливо. Когда и на это нет ответа - нахожу служанку, посылаю за Вальеро, спрашиваю, где моя жена.
Он не видел ни её, ни охраны уже давно.
Моя сила уже ненавидит эту дверь. И она же, не спрашивая, врезается в замок, грубо выламывая его. Залетаю внутрь и застываю… глядя на мужские ноги.
Ноги в ботинках, мысками вверх - всё, что видно от лежащего за стеной человека.
Влетаю в спальню.
Ошалело гляжу в побелевшее лицо охранника. Злость сменяется чем-то холодным и глубоким.
Окно в спальне раскрыто настежь, и Соль нигде нет.
49
Соль
Всё вокруг продолжает весело и с торжеством катиться в пропасть.
Шейдран держится мрачнее обычного. Закрывается от меня - наверное, потому что я “лезу не в своё дело”. Но как не лезть?
Воздух накаляется, тиски сжимаются, времени не остаётся.
Охрана моя всё также наступает на пятки, если я не с мужем. Сами по себе они весёлые ребята. Но мне рядом с ними, увы, грустно. Они ещё ярче напоминают, что замок вот-вот превратится в западню, а праздник - одна сплошная ложь.
Но эту ложь мы должны поддерживать!
Сидим в столовой с Вальеро, и он обучает меня премудростям подготовки застолий. Запоминаю, делая вид, что мне всё это ещё пригодится… Обсуждаем сегодняшний ужин. Улыбаюсь и ловлю улыбки слуг: у них и у городских тоже праздник, пока ничем не запятнанный. Только, Свет, что с ними будет, если заговор провалится? И думать не хочется!
По залу стучат чьи-то каблуки.
- Леди Соль, - вырывает меня из мыслей голос, от которого плечи резко распрямляются. - Мне нужно с вами поговорить.
Поворачиваю голову.
Равена стоит надо мной, улыбаясь сухо, по-змеиному.
Признаться, первое, что я чувствую - холод. Он прошивает тело кратко, предлагая вздрогнуть! С трудом не поддаюсь.
- Я так не думаю, леди Равена.
- Простите?
- Нам не о чем разговаривать, - отворачиваюсь.
Она вдруг ставит сухие руки на стол и перегибается ко мне.
- Ты присвоила то, что тебе не принадлежит! - тихо шипит в лицо. - Нет уж, ты поговоришь со мной!
Застываю.
Вальеро, с приоткрытым ртом ловивший первые слова нашей перепалки, захлопывает его и благородно отодвигается. Напряжённые охранники сидят через несколько мест. Вокруг вообще образуется пространство - будто все боятся яда леди кобры.
Она обходит стол, опускается на стул рядом.
Слуга приносит ей отвара, и мы сидим, как ни в чём не бывало, у всех на виду.
- О чём речь? В чём вы меня обвиняете? - пытаюсь всё-таки не поддаться!
Но чувства и без того распалены. Сердце начинает выстукивать. Захлёстывает тревога, а за ней и любопытство поднимает голову.
- Ты прекрасно всё поняла. - Равена наклоняется ближе. - Там, в руинах, ты украла силу, которая тебе не принадлежит. Больше некому. И я чувствую её в тебе.
- Ах. Я опять сделала что-то не так в руинах?
- Давай признаю: я тебя… недооценила. Думала, ты совсем глупая, бездарная потаскушка, - Последние слова леди окончательно приглушает и умудряется мягко улыбнуться на публику. - Но оказалось, что какая-то сила в тебе есть, и спесь есть, и умение приспособиться. Ладно! Я это даже уважаю. Но всё равно в твоих интересах сделать всё по-моему и избавиться от этой тяжкой ноши.
- Леди Равена, не буду платить вам любезностью и рассказывать, как менялось моё мнение о вас. Вы мне угрожаете? Снова?
- Да ты не представляешь, во что ввязалась! Что с тобой сделают другие, если узнают. Что сделает Шейдран. Думаешь, он будет рад, что ты срываешь ему весь план? А ты срываешь ему весь план. О нет, он будет в бешенстве.
Меня наконец пробирает. Чувствую, как маска даёт трещину, поворачиваюсь к чёрной леди.
Она смотрит спокойно, холодно, давяще.
- Подумай, девочка. Даю тебе два часа, до ужина.
Мой первый инстинкт - бежать из столового зала!
Усилием воли пригвождаю себя к стулу. Жду, пока Равена поднимется, уйдёт сама, а я останусь - как и подобает хозяйке.