Слова внезапно находятся. И летят из меня быстро, даже чётко. Но внутри вместо уверенности только звенят от напряжения жилы.
Впрочем, сила всё ещё со мной?..
- Как ни печально, ты не неправа, - цедит Равена. - Твоя смерть будет грязной и навредит мне. Так что давай, посодействуй. Отдай моей дочери силу, которую украла, и будешь жить.
Невольно перевожу взгляд на Старию.
Почему-то даже в таком положении я задумываюсь, насколько же она зависит от матери. Девчонка ёрзает на лавке не хуже моего. Глядит в сторону, пытаясь напустить на себя привычно-невинный вид, но бестолку.
Неуютно ей кого-то убивать? Или тесно под родительским каблуком?
Был бы мне толк с её сомнений!
Но они слегка портят выступление Равены. Я резко набираю воздуха в грудь, пробую, насколько вообще глубоко дышится в этих путах… Кое-как, со скрипом и треском пытаюсь вернуть себе самообладание.
Нельзя раскисать. Раскисну - и точно останусь в этом лесу!
- Расскажи, что значит “буду жить”? - цепляюсь за очевидное. - Что ты для меня приготовила?
- “Расскажите”, - шипит Равена.
- Давай отбросим формальности, мне как-то не до них после угроз смертью.
Что я вообще могу сделать? Тайком пытаюсь “ощупать” путы и выяснить, насколько они прочны. Внутренне зову силу. Отзывается!.. Конечно, я тут же останавливаюсь, потому что выхода пока не вижу.
- В замок ты не вернёшься, - шикает Равена. - Мы изымем твою силу и прямо сейчас отвезём тебя в Приволье, к северу. Там живёт мой хороший знакомый, и он отправит тебя дальше. Шейдран будет думать, что ты сбежала. И… знаешь, это прекрасный выход для тебя.
- Да неужели?
- Ты выпорхнешь из ловушки. Спасёшься от древней магии и от заговора, который тебя так пугает.
- С чего ты взяла, что пугает? - пытаюсь храбриться.
- Милая, у меня полно ушей и ртов. Конечно, мне рассказали, как ты бегала от Фолла!
Да проклятье!
Но в груди что-то замирает.
Может, чёрная кобра… тоже не до конца неправа?
- Ты не создана для этой жизни, - льёт она яд мне в уши. - Оказалась здесь по ошибке. Точнее, из-за каприза Прайдена Скорна.
- Кстати, с чего вы думаете, что мне дадут “сбежать”? Ко мне приставили охрану, чтобы я ничего не передала Скорну-старшему.
- А ты ничего и не успеешь передать. Как? Письмо ему пошлёшь? Уверена, Прайден получает сотни писем в день и не доверил тебе какой-нибудь особый шифр… Ехать к нему отсюда полторы недели. Если у Прайдена и есть человек среди наших, то он в замке. Ты просто слишком малозначима, чтобы причинить вред - и я смогу убедить людей в этом.
Пропускаю воздух сквозь зубы.
- Подумай. Взамен ты получишь свободу. От высшего света, где все тебя ненавидят и перемывают тебе кости. От мужчины, который спит и видит, как бы от тебя избавиться. Что? - Равена что-то читает с моего лица. - Ты же не думаешь, что Шейдран расстроится? Будет тебя искать? Взгляни.
Она достаёт и протягивает мне… листок.
Магия внезапно освобождает руку. Даёт потянуться, взять и раскрыть письмо.
- Ты же узнаёшь его почерк, да?
Узнаю. Увы!
Перед глазами бегут и пляшут строчки. Письмо адресовано не леди кобре, но какая с того разница? Там… обо мне.
“Лорд Слейт, да, я рассмотрю предложение о руке вашей дочери. Мой нынешний брак я законным не считаю. Леди Соль - девушка разумная, но именно поэтому она разделяет мои взгляды и не думает о себе слишком много. Мы расстанемся, к моему облегчению, уже совсем скоро”.
И, много, много ещё всего в таком духе.
51
Я слишком долго смотрю на несчастную бумагу.
В груди что-то сжимается. Режет. Мне неожиданно больно, и как-то… по-незнакомому, так, как я от себя не ожидала. Чувство настолько сильное, что глушит даже страх.
Почему, почему? Шейдран же никогда ничего другого мне не обещал. Мы расстанемся, да! Обязательно…
А как же его развратности? Практически уговоры снова лечь в постель?! А вот он обиделся, что я такая… несговорчивая! И теперь - “расстанемся к моему облегчению”.
Нет.
Это не обида - обижаются на тех, кто что-то значит…
Магия кратко рвётся с рук. Листок вспыхивает. Равена ахает, и её сила опять накрывает мою.
Мучительно запрокидываю голову.
“К облегчению”!..
Я… дура. И сколько бы себе это ни повторяла - всё равно умнее не становлюсь. Потому что всё-таки дала слабину. Я вдруг понимаю это очень чётко: дала! Пусть не на словах, не напрямую, но внутри я сдалась великолепному дракону с рубиновыми волосами и грозным взглядом.